Общество - Далай-лама XIV

Общество - Далай-лама XIV https://dalailama.ru/ ru[shortrss] Беседа с Далай-ламой. Журнал «Роллинг Стоун» (4 августа 2011) https://dalailama.ru/messages/1326-rolling-stone.html https://dalailama.ru/messages/1326-rolling-stone.html Мелисса Мэтисон: Мы встретились 2 июня в его резиденции во дворе главного тибетского храма в пыльном индийском городке Маклеод Ганж у подножия Гималаев. Далай-лама поинтересовался, выглядит ли он таким же здоровым, как и во время нашей последней встречи. Да, отвечаю я, даже еще моложе, если такое возможно. Его Святейшество о своей новой реинкарнации и решении уйти в отставку с поста главы тибетского правительства

Мелисса Мэтисон

Во дворе залитого солнцем храма Цуглакан, что стоит у подножия индийских Гималаев, сотни тибетцев собрались на праздник. Буддийские монахи раздают всем белый рис с тушеными овощами, протяжно гудят трубы, звенят цимбалы. Такого рода праздники здесь не редкость ― монахи часто бесплатно кормят окрестных жителей, чтобы накопить положительную карму заслуги. Однако сегодня праздничная атмосфера, кажется, очень созвучна настроению человека, который живет по соседству с храмом. Наконец-то исполнилась мечта Далай-ламы: его отставка со всех государственных постов была официально утверждена, невзирая на прочувствованные мольбы и обращения сограждан.

Тибетский парламент дважды просил Его Святейшество пересмотреть свое решение, но Далай-лама даже не стал читать эти послания и отказался от встречи с членами парламента. Он принял окончательное решение. 29 мая были подписаны все необходимые документы и внесены поправки в Хартию тибетского народа. Этот акт ознаменовал собой выдающееся и добровольное отделение церкви от государства. Впервые более чем за 350 лет Далай-лама больше не совмещает роли светского и духовного лидера тибетского народа.

В последние десятилетия тибетское сообщество в эмиграции управлялось в целом демократическими методами, однако решающее слово во всех важных политических вопросах, касающихся жизни диаспоры, оставалось за Далай-ламой. Он назначал зарубежных посланников, определял темы и даты переговоров с Китаем, имел право подписывать или налагать вето на законопроекты и мог даже распустить парламент. Теперь с его согласия официальный титул Далай-ламы сменился с «Главы нации» на «Защитник и символ Тибета и тибетского народа». Политическая ответственность ложится в основном на плечи Лобсанга Сенге, 43-летнего юриста из Гарварда, которого в апреле тибетцы избрали на пост премьер-министра.

Китай уже объявил передачу политической власти «уловкой» и отказался встречаться с новым премьером. Коммунистическое правительство верит, что движение за автономию Тибета умрет вместе с Далай-ламой, надо лишь набраться терпения. Однако, передавая бразды правления в руки народа, Его Святейшество делает ставку на то, что демократия послужит эффективной защитой от китайских репрессий. Далай-ламе 76, и он знает, что не будет стоять у руля вечно. Тибетцы, считает он, должны научиться самостоятельно управлять государственной машиной.

Тензин Гьяцо, Четырнадцатый Далай-лама, родился в крестьянской семье в маленькой тибетской деревне в 1935 году. Ему было два года, когда в деревню пришла поисковая группа, направляемая по древней традиции снами и видениями высоких лам и оракулов. Ребенок успешно распознал людей и предметы, принадлежавшие ему в прошлой жизни, и был официально признан перерождением Тринадцатого Далай-ламы. Когда ему исполнилось четыре, его привезли в Лхасу, где он стал духовным лидером своего народа. В 15 лет он возглавил государство. В 1959 году, когда противостояние с китайской армией достигло высшей точки, он бежал в Индию, где и живет с тех пор, руководя тибетской диаспорой в эмиграции.

Ему есть чем гордиться за более чем 60 лет своего пребывания у власти. Он основал успешное и стабильное правительство в эмиграции и твердо противостоял жестокому режиму. Первый Далай-лама, попавший в страны Запада, он проповедует миллионам людей добродетель ненасилия, что принесло ему Нобелевскую премию мира. Будучи духовным лидером Тибета, он олицетворяет борьбу своего народа.

Я познакомилась с Его Святейшеством в 1990, когда писала сценарий к фильму «Кундун» о его детстве, который поставил режиссер Мартин Скорсезе. С тех пор между нами установились прочные дружеские отношения. Я остаюсь сторонницей автономии для Тибета и являюсь членом правления «Международной кампании за Тибет». Каждый день я молюсь о долголетии Тензина Гьяцо.

Мы встретились 2 июня в его резиденции во дворе главного тибетского храма в пыльном индийском городке Маклеод Ганж у подножия Гималаев. Далай-лама поинтересовался, выглядит ли он таким же здоровым, как и во время нашей последней встречи. Да, отвечаю я, даже еще моложе, если такое возможно. Только глаза постарели. «Точно», ― отвечает он. И сообщает, что ему не пришлось выписывать у окулиста новые очки, наверное, оттого что он не пользуется компьютером. «Даже и не пробовал никогда», ― говорит он и разражается характерным, заразительным смехом. «Ничего не понимаю в компьютерах!».

― Давайте для начала вспомним тот день в 1950, когда вы стали главой тибетского правительства. Вам тогда было всего 15 лет, и китайцы захватили вашу страну.

― Положение было очень и очень трудным. Когда люди попросили меня взять на себя эту ответственность, первой мыслью было, что я еще слишком молод. Я всегда хотел следовать традиции, а традиция предписывает возводить Далай-лам на трон в возрасте 18 лет. 15 лет это слишком рано. Но меня продолжали упрашивать. Китайцы уже захватили Чамдо [горный район в восточном Тибете]. Тревожные настроения нарастали. И я принял ответственность на себя. Когда Коммунистическая освободительная армия достигла Лхасы, моим первым действием был побег из Лхасы к границе с Индией. Теперь я думаю, было ли это дурным или добрым предзнаменованием? Практически первым же моим действием после того, как я возглавил государство, стал побег из Лхасы! [Смеется]

― С тех пор прошел 61 год, и вот вы ушли в отставку с поста главы государства. По сути, вы готовились к этой отставке, к отделению церкви от государства еще с тех пор, как были ребенком. Когда впервые у вас зародилось это намерение?

― Когда мне было лет 13 или 14, в Лхасе, где я жил, у меня были очень близкие отношения с простыми людьми. В основном это были метельщики во дворце Полтала и в Норбулинке [летняя резиденция Далай-ламы в Лхасе]. Я с ними всегда играл, а зачастую и обедал. От слуг я узнавал о том, что на самом деле творится в Лхасе. Часто я слышал о несправедливостях по отношению к народу. И тогда я начал понимать, что наша система, когда вся власть сосредоточена в руках нескольких людей, это неправильная система.

― И тогда, приняв власть, вы решили провести реформы?

― В 1952 я создал комитет по реформе. Я хотел начать проводить какие-то изменения. Но мои начинания столкнулись с серьезными препятствиями ― китайские чиновники хотели, чтобы реформы шли по их плану, в соответствии с их желаниями, подобно тому, как это уже произошло в самом Китае. Китайцы боялись, что если реформы в Тибете произойдут по воле тибетского народа, это может помешать осуществлению их замыслов. Так что менять что-либо в системе правления было нелегко.

― В 1954 вы ездили в Китай и своими глазами увидели, что такое коммунистические реформы. Было ли это похоже на то, что вы планировали осуществить в Тибете?

― Я поехал в Китай в составе тибетской делегации на съезд Китайской народной республики. Пекинский парламент удивил меня своей дисциплиной. Я заметил, что практически никто из членов парламента не отваживался выступить с предложениями. Если они и вносили какие-то поправки, то это касалось только словесных формулировок [смеется]. Смысл никто не обсуждал.

Затем, в 1956, мне представилась возможность побывать в Индии. И там тоже я посетил парламент. Мне открылась совершенно другая картина. В индийском парламенте стоит постоянный гвалт. Никакой дисциплины. Было ясно, что там полная свобода выражения мыслей. Индийские парламентарии обожают критиковать свое правительство. И тогда я понял, что суть демократии в свободе слова. Демократическая система произвела на меня огромное впечатление.

― Вам понравилось, что демократия такая сумбурная и шумная?

― В 1959, когда мы решили поднять в ООН тибетский вопрос, я попросил тогдашнего премьер-министра Индии Джавахарлала Неру поддержать нашу инициативу. Но он отказался. Он считал, что бесполезно ставить вопрос о Тибете. Он сказал мне, что Америка никогда не вступит в войну за Тибет с Китаем. Позже, когда я снова встретился с Неру, я немного волновался [смеется]. Но он разговаривал со мной так, как будто наших разногласий и не бывало! И тогда я понял ― да, это действительно демократический лидер. Иметь разные точки зрения это совершенно нормально.

В 1960, когда я уже жил в Индии, многие тибетцы собрались в Бодхгае на мои учения. Именно там мы приняли решение о создании представительного правительства. Это стало нашим первым шагом к демократизации. С тех пор тибетское сообщество в эмиграции шаг за шагом продвигалось к полной демократии. В последние 10 лет я продолжал исполнять обязанности верховного советника. Я называл это отставкой наполовину. С 2009 при каждом удобном случае я повторял, что теперь хочу уже полностью отойти от дел. В этом году 10 марта я официально заявил, что пришло время мне уйти на покой, что я собираюсь передать всю политическую власть в руки Тибетской администрации.

― Во всем мире многие люди не знают, как им избавиться от своих лидеров. А тибетцы не хотели вас отпускать. Почему?

― Эмоционально, духовно они по-прежнему полагаются на меня. Когда я заявил об отставке, они просили, чтобы я продолжал выполнять свои обязанности бессрочно. Я отказался. Тогда меня попросили принять хотя бы символический титул, церемониальную должность главы государства.

Церемониальная роль? Это не для меня. Стать кем-то вроде королевы Великобритании? Я лично очень уважаю королеву, она замечательный человек. Но сама система? [Смеется] Если вы принимаете церемониальную должность, вы должны что-то делать! Иначе, вы будете просто куклой. Кто-то пишет заявление, а я должен его зачитать? Кажется, это называется марионетка.

Институт Далай-лам стал выполнять политические обязанности только во времена Пятого Далай-ламы, примерно 350 лет назад. Более ранние воплощения были только духовными лидерами. Я всегда считал, что время правления королей и единоличных лидеров прошло. Мы должны догнать современный мир.

И вот теперь я передал свои политические полномочия избираемому правительству. И я счастлив. Вся ответственность лежит на них. А я хочу быть просто духовным лидером. Но если им понадобится моя помощь, то я всегда буду готов ее предоставить.

― Были ли у вас личные причины для отставки?

―Я всегда говорю людям, что политические и религиозные институты должны быть разделены. А при этом я сам совмещаю две роли. Это же лицемерие! [Смеется] Я должен сам следовать тому, чему учу других.

Есть и более личная причина. До того как Далай-лама стал политической фигурой, не было практически никаких противоречий. Противоречия начались с Пятого Далай-ламы, и связаны они были не с духовными, а с политическими аспектами. Теперь, после моей отставки, институт Далай-лама стал более чистым, более стабильным. Я чувствовал, что мы должны отделить политическую ответственность. Далай-лама не может нести еще и этот груз. Так что мой личный интерес заключался в том, чтобы защитить старую традицию Далай-лам. Без вмешательства в политические дела она будет в большей безопасности.

Я абсолютно убежден, что тибетцы справятся с политическими обязанностями. А потому я добровольно и с гордостью принял решение положить конец этой четырехсотлетней традиции.

Но это не означает конца института Далай-ламы. Он остается, но будет играть только духовную роль. И не только в нынешнем поколении. Если такова будет воля тибетского народа, институт Далай-лам продолжит существование и в будущем.

― Означает ли ваша отставка, что изменились ваши долгосрочные цели?

― До конца жизни моими обязательствами останутся: способствовать установлению межрелигиозной гармонии, пропагандировать человеческие ценности, способствовать счастью людей.

― Значит, ваш повседневный распорядок не изменится? Я знаю, что каждое утро вы читаете молитву обо всех живых существах. Когда вы молитесь о нас, чего вы нам желаете?

― Я часто говорю людям, что этот век должен стать веком диалога. Одними помыслами или благословением Будды мира на Земле не построить. Мир должен прийти от людей, от их действий. Это значит, что на все проблемы ответ только один ― диалог. Это единственный путь. А для этого мы должны внутренне разоружиться. Мы должны трудиться, чтобы наши усилия, пусть небольшие, помогли к концу века сделать мир более миролюбивым и сострадательным. Таково мое пожелание. Но для его осуществления необходимо приложить усилия. Пока это выглядит лишь как идея. Но ее можно осуществить. Для этого всем придется потрудиться. Если же, несмотря на все старания, мы потерпим неудачу, по меньшей мере, наша совесть будет спокойна.

― Вы называете себя простым монахом. Многим такое утверждение покажется удивительным.

― Несколько дней назад в этой самой комнате я принимал представителей тибетского политического руководства. Они принесли мне поправки в хартию [касающиеся отставки]. Они мне все объяснили, а потом попросили самому прочесть, что там написано. Я ответил: «Даже если я прочту все, то не смогу досконально в этом разобраться. Так что это бесполезно». И спросил: «Где подписать?» [Смеется]

― Но это очень опасно!

―Это доказывает, что я простой буддийский монах!

― Вас не беспокоит, что некоторые люди могут считать ваше решение уйти в отставку ошибкой?

― Некоторые тибетцы, в особенности молодые, сильно меня критикуют.

― Думаете, это проявление страха? Или ими движет вполне обоснованная озабоченность судьбами Тибета?

― Некоторые люди считают, что эти решения принимались несколько поспешно. Им, конечно, невдомек, что я шел к этому последовательно на протяжении нескольких последних десятилетий.

― Далай-ламы с давних пор полагаются в делах на пророчества государственных оракулов. А вы просили оракулов войти в транс и дать совет по поводу вашей отставки?

― Да, просил. И они полностью поддержали мое решение. Я знаю этих оракулов. Я обращаюсь к ним как к советникам. Они наблюдали за судьбами Далай-лам на протяжении последних четырех или пяти веков. И вполне естественно, что они, как и люди, могли ощущать некоторое беспокойство по поводу моего решения. Но они сказал, что решение правильное и своевременное.

― Значит, вы довольны?

― Да, конечно. 19 марта, после того как я публично выступил с подробными разъяснениями по поводу моей отставки, я спал необычайно крепко. Это решение принесло мне облегчение.

Теперь наше общество полностью освободилось от теократического режима прошлого. Наше решение это также и ответ на обвинения китайских коммунистов, которые утверждают, что цель нашей борьбы восстановить старую систему [феодального Тибета]. Теперь эти заявления утратили смысл. Я часто говорю, что китайской компартии тоже пора бы уйти в отставку. Теперь же я могу сказать им: «Делайте, как я. Уйдите в отставку по доброй воле».

― Почему Китай демонизирует вас, называя «дьяволом» или «волком в монашеской одежде»? Есть ли какие-то особые причины, по которым они пользуются таким архаичным языком?

― Вообще говоря, такие выражения больше подошли бы детям, а не официальным лицам. Я думаю, что, используя такие слова, они хотят показать китайскому правительству, насколько ужасен Далай-лама. Я также думаю, что они пытаются таким образом затронуть и тибетцев. Им нужно выставить меня в самом черном свете. И потому они используют такие словам. Но этим они только дискредитируют себя. Это такое ребячество! Нелепость! Никто им не верит.

Обычно, у людей часть мозга отвечает за здравый смысл. Но у китайских лидеров, в особенности у сторонников жесткой линии, эта часть, похоже, отсутствует. В прошлом году на встрече с президентом Обамой я сказал ему: «Вы должны провести операцию, вживить китайцам эту часть мозга». [Смеется]

― Как вы думаете, каким был бы сегодня Тибет, если бы вы руководили им все эти годы?

― Произошли бы некоторые перемены, были бы проведены какие-то реформы. Но это было бы нелегко. Существовала бы оппозиция внутри Тибета. Среди чиновников есть те, кто мыслит более современно, а есть и консерваторы. Ну и конечно, было бы свободнее, чем при китайских «освободителях» [смеется].

Последние 52 года были исполнены глубокой печалью. Беженцы. А хуже всего разрушения в самом Тибете. Что-то построили, есть некоторый экономический прогресс, но в целом картина очень, очень печальная.

Но я ни о чем не жалею. 52 года я живу в свободной стране, в Индии, и это дало мне прекрасную возможность наполнить жизнь смыслом, внести свой вклад. Останься я в Лхасе, то даже и без китайской оккупации мне бы, скорее всего, была отведена церемониальная роль, я бы выполнял традиционные обязанности.

― Когда вы были еще молодым человеком, оракул Нечунга напророчил вам, что «драгоценность, исполняющая желания, воссияет на западе». Прав был оракул?

― Думаю, доля правды в этом есть. В 1959 мы бежали из Тибета и пришли в Индию. Для тибетцев Индия это уже запад. А для Индии запад это страны Европы и Америки. Наверное, я могу считать, что внес свой вклад: помог совместить буддийскую науку и современную науку. Ни один буддист до меня этого не делал. Мне кажется, другие ламы мало интересуются современной наукой. А меня наука живо интересовала с детства. Современные ученые еще очень мало знают обо всем, что касается внутренней науки [науки об уме]. В то же время современная наука сильно продвинулась в изучении внешних предметов. Так что нам, буддистам, есть, чему поучиться.

― Вы сказали как-то, что выживание Тибета будет зависеть от того, произойдут ли перемены внутри Китая. Считаете ли вы, что такие перемены будут?

― Когда Ху Цзиньтао заявляет, что его главная цель это пропаганда гармонии, я полностью его поддерживаю. Я всегда говорю, что подлинная гармония должна исходить из сердца. А для этого необходимы доверие, уважение и дружба. Неправильно пытаться построить гармоничное общество с применением силы. Ху Цзиньтао находится на посту председателя КНР почти 10 лет. Цели у него очень хорошие, но в качестве средства их достижения он все чаще и чаще применяет силу, это непродуктивно.

Прежде всего, нужна прозрачность. Я считаю, что 1,3 миллиарда китайцев имеют право знать истинное положение вещей. 1,3 миллиарда китайцев также способны самостоятельно судить, что плохо, а что хорошо.

Китайский премьер Вэнь Цзябао несколько раз публично говорил о том, что Китай нуждается в политических переменах. Он даже как-то раз упомянул демократию. Китайские мыслители и художники все чаще говорит, что хотят политических перемен, большей свободы. Так что перемены не могут не произойти. Никто не знает, сколько потребуется времени. Пять лет, 10 лет, 15 лет? Прошло уже 52 года. Я почти уверен, что в следующие 50 лет изменения произойдут. Независимо от того, проживу я еще 50 лет или нет.

― Если бы Ху Цзиньтао согласился прислушаться к вам в вопросе Тибета, что бы посоветовали ему?

― Не знаю. Я вообще не думаю, что имеет смысл обсуждать такие вещи [смеется].

― А был ли какой-то момент с 1959, когда вы подумали, что вот сейчас китайцы уйдут из Тибета?

― Да, конечно. 10 марта 1959, в день тибетского восстания. Я очень ясно помню, как из Лхасы в Норбулинку пришло много людей, и они заблокировали все двери. Они кричали: «Вам не следует ехать в китайскую военную ставку!»

― В эти напряженные времена тибетцы боялись, что приглашение от китайцев это уловка, чтобы взять вас под стражу или убить?

― Да. В тот день светило яркое солнце. Я сказал г-ну Пала, канцлеру: «Возможно, этот день станет поворотным пунктом истории».

«Поворотный» не значит «лишающий надежды». Несмотря на трудности, в конце длинного тоннеля мы видим свет. Это чувство поддерживает нашу решимость.

― Я знаю, что в ноябре вы будете встречаться с группой тибетских духовных лидеров, чтобы обсудить вопрос о вашем преемнике. О чем будет идти речь?

― В последние несколько раз, когда мы собирались вместе с религиозными лидерами, я поднимал этот вопрос. Китайских коммунистов очень беспокоит моя следующая реинкарнация! [Смеется] Так что нам нужно обсудить этот вопрос.

Конкретные решения пока не приняты. Но одно ясно уже сейчас. Реинкарнация Далай-ламы это моя реинкарнация, мое перерождение. А значит, следуя логике, принимать решение должен я. Никто другой, даже духовные лидеры не могут в это вмешиваться. Моя следующая жизнь это целиком и полностью мое решение.

― Но китайское правительство говорит, что будет принимать решения по всем реинкарнациям, включая и вашу.

― В этом есть некоторое противоречие. Коммунисты не просто люди неверующие, они говорят, что тибетский буддизм это яд. И они намеренно стараются ограничить практику тибетского буддизма. Могут ли люди, которые стремятся ограничить или уничтожить тибетский буддизм, вмешиваться в вопрос реинкарнации? Это все выглядит очень странно. Даже смешно. Они думают только о политической власти над Лхасой. И выставляют себя в нелепом свете. Думаю, им было бы лучше сохранять нейтралитет. Или даже более логично было бы сказать: «Больше не должно быть никаких реинкарнаций».

― Вам, наверное, не очень приятно, что люди так много говорят о вашей смерти?

― Вовсе нет. В прошлом месяце в Ньюарке французский журналист задал мне вопрос о преемнике. Я снял очки, посмотрел на него и спросил: «Глядя на мое лицо, вы по-прежнему полагаете, что есть смысл поторопиться с вопросом о новой реинкарнации?» И он ответил: «Нет!» [Смеется]

― Вы сами склоняетесь к более традиционному методу поиска следующего Далай-ламы, вашей реинкарнации, тому, который использовали, выбирая вас?

― В настоящее время я считаю, что с этим вопросом можно подождать еще лет 10, 15, а то и 20. А потом будем смотреть по ситуации. Если тибетцы по-прежнему будут хотеть сохранить этот институт и следовать традиционному пути, они воспользуются опытом прошлого: будут искать маленького мальчика, который отличается особыми признаками.

Что же касается того, где этот мальчик родится, то я высказался предельно ясно. Если я умру в эмиграции, до того как завершится борьба тибетского народа, тогда логично будет искать реинкарнацию за пределами Тибета. Ведь сама цель следующего перерождения в том, чтобы продолжить работу, начатую в предыдущей жизни. Так что, если прежний Далай-лама умрет за пределами Тибета как беженец, то и реинкарнацию следует искать там же. Иначе возникнет много новых трудностей.

― Как вы думаете, с какими трудностями может столкнуться ваш преемник, Пятнадцатый Далай-лама?

― Выйдя в отставку, я уже освободил Далай-ламу от политической роли. Так что следующему Далай-ламе будет в чем-то проще. И если Пятнадцатый Далай-лама окажется непригодным к государственным делам, это не создаст никаких проблем. Все, что он должен сделать как духовный лидер, он сделает. Будет не слишком умным? Не страшно! [Смеется]

― Есть традиции тибетского буддизма, в которых считается, что мальчик, родившийся до смерти высокого ламы, может быть его реинкарнацией. Как по-вашему, возможно ли такое, что Пятнадцатый Далай-лама уже родился?

― Это возможно. По меньшей мере, два современных ламы перед смертью дали такое указание: «Этот мальчик, который уже родился и живет, это моя реинкарнация». Необходимо, конечно, провести специальные испытания, чтобы подтвердить, что мальчик действительно является реинкарнацией. Но в принципе такое возможно.

― Но если такой мальчик уже живет, можете ли вы заняться его подготовкой?

― Если на момент его обнаружения я буду слишком стар, то не знаю! [Смеется]

― Вы внимательно следили за развитием событий в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Думаете ли вы, что «Арабская весна» может иметь какие-то последствия для Тибета?

― Это трудно сказать. Авторитарные системы одинаковы во всем мире. Но в Китае экономическое развитие действительно приносит некоторые блага большому количеству китайцев. И в этом отличие.

― Кризис, разразившийся в Тунисе и Египте, оказал некоторое влияние на ход мыслей молодых представителей китайской интеллигенции. Это очень сильно обеспокоило китайское правительство. Они видят внутреннюю угрозу. Но китайская авторитарная система довольно крепка. Их бюджет на внутреннюю безопасность превышает оборонный бюджет.

― Многие люди считают, что новое поколение китайских руководителей будет лучше знать и понимать внешний мир, потому что они моложе, у них есть Интернет, и много китайских студентов обучается за границей. Я уверен, что перемены будут. Обязательно. Такова моя точка зрения, и такова точка зрения многих китайцев.

― Вы помните, где находились в тот момент, когда узнали о смерти Осамы Бен Ладена? Что вы почувствовали?

― Я был в Лонг-Бич, в Калифорнии. Конечно, я был опечален. Но тут все не так просто, все очень сложно.

С самого детства я очень плохо относился к смертной казни. В 1945 или 1946, когда мне было лет 10, на Нюрнбергском процессе нацистских военных преступников приговорили к повешению. Я видел фотографии в журнале «Лайф». И мне было очень печально. То же самое и с японскими руководителями. Эти люди уже были повержены. Их казнь это не мера предосторожности, а обычная месть.

Когда повесили Саддама Хуссейна, я смотрел на его фотографию. Он больше не представлял угрозы. Старый, сломленный человек. Не убивайте его, проявите милосердие, думал я. Очень печально.

То же самое я думаю и о Бен Ладене. Он тоже потерпел поражение. После трагедии 11 сентября я сказал, что ошибка в выборе ответных мер может привести к тому, что через некоторое время у нас будет не один, а десять, сто бен ладенов. 12 сентября я написал письмо президенту Бушу, с которым у меня дружеские отношения. Я принес соболезнования, но в то же время выразил надежду, что ответные действия будут ненасильственными.

Я понимаю, конечно, что погибли тысячи американских граждан. Немыслимое количество смертей для мирного времени. Огромная трагедия. Я это понимаю. Я могу почувствовать то, что чувствуют американцы. Обычный человек, который хочет справедливости и отчасти стремится к мести, может испытать некоторую радость [по поводу смерти Бен Ладена]. Но можно посмотреть на это и по-другому. Убили побежденного человека.

Лучше всего решать такие проблемы в духе примирения. Говорить. Слушать. Обсуждать. Это единственный путь.

― Существует ли в мире зло?

― Я считаю, что зерно зла это ненависть. И мы можем сказать, что в каждом человеке есть это зерно. Если говорить о потенциальных убийцах, то в каждом человеке заложен такой потенциал. Ненависть, гнев, подозрительность ― все это несет в себе потенциал негативных деяний.

Но есть и потенциал к милосердию. Умение прощать, терпимость. И эти качества тоже потенциально присутствуют в каждом.

Зло, это когда проявляются негативные качества, а позитивные остаются в спящем состоянии. Люди, которые буквально любят ненависть, которые намеренно взращивают в себе гнев ― вот зло.

― Вы когда-нибудь чувствовали, что вас предали?

― В 1954 и 1955 я почти полгода прожил в Пекине. В тот период я по разным поводам несколько раз встречался с Мао Цзэдуном. В первый раз я очень нервничал. На последующих встречах, не помню уже, сколько их было, во мне появилось глубокое уважение к нему. Это был великий революционер, несомненно. Очень прямолинейный. А в частной жизни это был очень добрый человек, как пожилой отец в крестьянской семье, очень простой.

Он очень многое обещал. Один раз Мао Цзэдун указал на двух генералов, которых направлял в Лхасу, и сказал: «Я посылаю этих генералов, чтобы они помогали вам. Если они не будут вас слушать, обращайтесь ко мне, я их отзову».

А потом на последней встрече, в самый последний момент он сказал: «Религия это яд».

Он тогда давал мне советы, как слушать, собирать разные точки зрения, предложения и как управлять. Это были очень полезные советы. Он сказал, чтобы я отправлял телеграммы лично ему, напрямую.

Так что в Тибет я вернулся исполненный надежды. По дороге я встретил китайского генерала, который возвращался из Лхасы. Я сказал ему: «В прошлом году, когда я ехал по этой дороге в Пекин, то был полон тревоги и подозрений. Теперь я возвращаюсь исполненный уверенностью и надеждой». Это было летом 1955.

А потом, в 1956, начались проблемы в восточной части Тибета, которая находилась под китайской юрисдикцией. Я отправился в Индию. Месяц за месяцем ситуация становилась все хуже и хуже. Вернувшись из Индии, я написал два письма Мао, в которых объяснял положение дел. Но в ответ не получил ни слова. Ничего. И тогда я подумал: «Его обещание это только пустые слова».

― На росписи стен Поталы можно увидеть важные моменты и людей из жизни прошлых Далай-лам. Ваша жизнь так отличается от жизней ваших предшественников. Каких людей и какие события можно было бы изобразить на стенах Поталы, чтобы рассказать о вашей жизни?

― Право не знаю. Мою мать, конечно, чтобы рассказать о моем детстве. Затем моего наставника. Я никогда об этом не думал, пусть другие люди решают.

Важно, чтобы моя каждодневная жизнь приносила пользу окружающим. Просыпаясь утром, я настраиваю свой ум. И весь оставшийся день все деяния моего тела, речи и ума посвящены служению другим. Это неотъемлемая часть моей практики, но также помогает обрести своего рода внутреннюю силу. Подлинный буддийский практик не должен думать о том, какую память он оставит по себе. Если вы слишком много думаете о том, что останется после вас, то ваши труды не будут искренними. Это значит, что вы больше заботитесь о собственном добром имени. Слишком эгоистично, нехорошо. Свидетельство нравственного упадка.

― Верите ли вы, что придет день, когда вам позволят вернуться в Тибет?

― Тибетский вопрос это не вопрос о личной судьбе Далай-ламы. Это вопрос о шести миллионах тибетцев и их культуре. Так что пока китайское правительство не проявит готовность разбираться с реально существующей проблемой, разговоры о моем возвращении в Тибет неуместны. Это вопрос о шести миллионах тибетцев. Я один из них. И как у каждого тибетца, у меня есть обязанность служить делу Тибета.

― Когда придет время умирать, вас похоронят в Потале?

― Если произойдут перемены и придет время вернуться в Тибет, то мое тело, скорее всего, поместят там. Но это неважно. Если самолет, на котором я лечу, потерпит крушение, то конец всему! Отправлюсь за Бен Ладеном! [Смеется]

― Вы как-то сказали, что у Ченрези ― Будды сострадания, чьей реинкарнацией являются Далай-ламы, был генеральный план для первого и пятого Далай-лам. Не думаете ли вы, что последние 50 лет тибетской истории это тоже часть такого генерального плана?

― Не знаю. В начале шестидесятых, до начала культурной революции, в одном из снов я встретился с Ченрези в храме Джокханг в Лхасе. Там находится известнейшая статуя этого божества. Во сне я вошел в комнату, и статуя Ченрези подмигнула мне и сделала знак приблизиться. И я почувствовал огромную радость, я подошел к нему и обнял его. И он сказал мне примерно так: «Сохраняй целеустремленность. Прилагай усилия, несмотря на препятствия. Каковы бы ни были трудности, продолжай свою работу».

В тот момент я чувствовал себя счастливым. Но теперь, когда я думаю об этом сне, то понимаю совет Ченрези иначе: «Жизнь твоя не будет легкой. Ты встретишь трудности. Они не уйдут быстро. Но нет причин отчаиваться».

Интервью из журнала «Роллинг Стоун» за 4 августа 2011.

Перевод Натальи Иноземцевой]]> Выступления и тексты, Тибет, Интервью, Общество Ing Sun, 07 Oct 2012 13:18:57 +0400 [/shortrss] [fullrss] Беседа с Далай-ламой. Журнал «Роллинг Стоун» (4 августа 2011) https://dalailama.ru/messages/1326-rolling-stone.html https://dalailama.ru/messages/1326-rolling-stone.html Его Святейшество о своей новой реинкарнации и решении уйти в отставку с поста главы тибетского правительства

Мелисса Мэтисон

Во дворе залитого солнцем храма Цуглакан, что стоит у подножия индийских Гималаев, сотни тибетцев собрались на праздник. Буддийские монахи раздают всем белый рис с тушеными овощами, протяжно гудят трубы, звенят цимбалы. Такого рода праздники здесь не редкость ― монахи часто бесплатно кормят окрестных жителей, чтобы накопить положительную карму заслуги. Однако сегодня праздничная атмосфера, кажется, очень созвучна настроению человека, который живет по соседству с храмом. Наконец-то исполнилась мечта Далай-ламы: его отставка со всех государственных постов была официально утверждена, невзирая на прочувствованные мольбы и обращения сограждан.

Тибетский парламент дважды просил Его Святейшество пересмотреть свое решение, но Далай-лама даже не стал читать эти послания и отказался от встречи с членами парламента. Он принял окончательное решение. 29 мая были подписаны все необходимые документы и внесены поправки в Хартию тибетского народа. Этот акт ознаменовал собой выдающееся и добровольное отделение церкви от государства. Впервые более чем за 350 лет Далай-лама больше не совмещает роли светского и духовного лидера тибетского народа.

В последние десятилетия тибетское сообщество в эмиграции управлялось в целом демократическими методами, однако решающее слово во всех важных политических вопросах, касающихся жизни диаспоры, оставалось за Далай-ламой. Он назначал зарубежных посланников, определял темы и даты переговоров с Китаем, имел право подписывать или налагать вето на законопроекты и мог даже распустить парламент. Теперь с его согласия официальный титул Далай-ламы сменился с «Главы нации» на «Защитник и символ Тибета и тибетского народа». Политическая ответственность ложится в основном на плечи Лобсанга Сенге, 43-летнего юриста из Гарварда, которого в апреле тибетцы избрали на пост премьер-министра.

Китай уже объявил передачу политической власти «уловкой» и отказался встречаться с новым премьером. Коммунистическое правительство верит, что движение за автономию Тибета умрет вместе с Далай-ламой, надо лишь набраться терпения. Однако, передавая бразды правления в руки народа, Его Святейшество делает ставку на то, что демократия послужит эффективной защитой от китайских репрессий. Далай-ламе 76, и он знает, что не будет стоять у руля вечно. Тибетцы, считает он, должны научиться самостоятельно управлять государственной машиной.

Тензин Гьяцо, Четырнадцатый Далай-лама, родился в крестьянской семье в маленькой тибетской деревне в 1935 году. Ему было два года, когда в деревню пришла поисковая группа, направляемая по древней традиции снами и видениями высоких лам и оракулов. Ребенок успешно распознал людей и предметы, принадлежавшие ему в прошлой жизни, и был официально признан перерождением Тринадцатого Далай-ламы. Когда ему исполнилось четыре, его привезли в Лхасу, где он стал духовным лидером своего народа. В 15 лет он возглавил государство. В 1959 году, когда противостояние с китайской армией достигло высшей точки, он бежал в Индию, где и живет с тех пор, руководя тибетской диаспорой в эмиграции.

Ему есть чем гордиться за более чем 60 лет своего пребывания у власти. Он основал успешное и стабильное правительство в эмиграции и твердо противостоял жестокому режиму. Первый Далай-лама, попавший в страны Запада, он проповедует миллионам людей добродетель ненасилия, что принесло ему Нобелевскую премию мира. Будучи духовным лидером Тибета, он олицетворяет борьбу своего народа.

Я познакомилась с Его Святейшеством в 1990, когда писала сценарий к фильму «Кундун» о его детстве, который поставил режиссер Мартин Скорсезе. С тех пор между нами установились прочные дружеские отношения. Я остаюсь сторонницей автономии для Тибета и являюсь членом правления «Международной кампании за Тибет». Каждый день я молюсь о долголетии Тензина Гьяцо.

Мы встретились 2 июня в его резиденции во дворе главного тибетского храма в пыльном индийском городке Маклеод Ганж у подножия Гималаев. Далай-лама поинтересовался, выглядит ли он таким же здоровым, как и во время нашей последней встречи. Да, отвечаю я, даже еще моложе, если такое возможно. Только глаза постарели. «Точно», ― отвечает он. И сообщает, что ему не пришлось выписывать у окулиста новые очки, наверное, оттого что он не пользуется компьютером. «Даже и не пробовал никогда», ― говорит он и разражается характерным, заразительным смехом. «Ничего не понимаю в компьютерах!».

― Давайте для начала вспомним тот день в 1950, когда вы стали главой тибетского правительства. Вам тогда было всего 15 лет, и китайцы захватили вашу страну.

― Положение было очень и очень трудным. Когда люди попросили меня взять на себя эту ответственность, первой мыслью было, что я еще слишком молод. Я всегда хотел следовать традиции, а традиция предписывает возводить Далай-лам на трон в возрасте 18 лет. 15 лет это слишком рано. Но меня продолжали упрашивать. Китайцы уже захватили Чамдо [горный район в восточном Тибете]. Тревожные настроения нарастали. И я принял ответственность на себя. Когда Коммунистическая освободительная армия достигла Лхасы, моим первым действием был побег из Лхасы к границе с Индией. Теперь я думаю, было ли это дурным или добрым предзнаменованием? Практически первым же моим действием после того, как я возглавил государство, стал побег из Лхасы! [Смеется]

― С тех пор прошел 61 год, и вот вы ушли в отставку с поста главы государства. По сути, вы готовились к этой отставке, к отделению церкви от государства еще с тех пор, как были ребенком. Когда впервые у вас зародилось это намерение?

― Когда мне было лет 13 или 14, в Лхасе, где я жил, у меня были очень близкие отношения с простыми людьми. В основном это были метельщики во дворце Полтала и в Норбулинке [летняя резиденция Далай-ламы в Лхасе]. Я с ними всегда играл, а зачастую и обедал. От слуг я узнавал о том, что на самом деле творится в Лхасе. Часто я слышал о несправедливостях по отношению к народу. И тогда я начал понимать, что наша система, когда вся власть сосредоточена в руках нескольких людей, это неправильная система.

― И тогда, приняв власть, вы решили провести реформы?

― В 1952 я создал комитет по реформе. Я хотел начать проводить какие-то изменения. Но мои начинания столкнулись с серьезными препятствиями ― китайские чиновники хотели, чтобы реформы шли по их плану, в соответствии с их желаниями, подобно тому, как это уже произошло в самом Китае. Китайцы боялись, что если реформы в Тибете произойдут по воле тибетского народа, это может помешать осуществлению их замыслов. Так что менять что-либо в системе правления было нелегко.

― В 1954 вы ездили в Китай и своими глазами увидели, что такое коммунистические реформы. Было ли это похоже на то, что вы планировали осуществить в Тибете?

― Я поехал в Китай в составе тибетской делегации на съезд Китайской народной республики. Пекинский парламент удивил меня своей дисциплиной. Я заметил, что практически никто из членов парламента не отваживался выступить с предложениями. Если они и вносили какие-то поправки, то это касалось только словесных формулировок [смеется]. Смысл никто не обсуждал.

Затем, в 1956, мне представилась возможность побывать в Индии. И там тоже я посетил парламент. Мне открылась совершенно другая картина. В индийском парламенте стоит постоянный гвалт. Никакой дисциплины. Было ясно, что там полная свобода выражения мыслей. Индийские парламентарии обожают критиковать свое правительство. И тогда я понял, что суть демократии в свободе слова. Демократическая система произвела на меня огромное впечатление.

― Вам понравилось, что демократия такая сумбурная и шумная?

― В 1959, когда мы решили поднять в ООН тибетский вопрос, я попросил тогдашнего премьер-министра Индии Джавахарлала Неру поддержать нашу инициативу. Но он отказался. Он считал, что бесполезно ставить вопрос о Тибете. Он сказал мне, что Америка никогда не вступит в войну за Тибет с Китаем. Позже, когда я снова встретился с Неру, я немного волновался [смеется]. Но он разговаривал со мной так, как будто наших разногласий и не бывало! И тогда я понял ― да, это действительно демократический лидер. Иметь разные точки зрения это совершенно нормально.

В 1960, когда я уже жил в Индии, многие тибетцы собрались в Бодхгае на мои учения. Именно там мы приняли решение о создании представительного правительства. Это стало нашим первым шагом к демократизации. С тех пор тибетское сообщество в эмиграции шаг за шагом продвигалось к полной демократии. В последние 10 лет я продолжал исполнять обязанности верховного советника. Я называл это отставкой наполовину. С 2009 при каждом удобном случае я повторял, что теперь хочу уже полностью отойти от дел. В этом году 10 марта я официально заявил, что пришло время мне уйти на покой, что я собираюсь передать всю политическую власть в руки Тибетской администрации.

― Во всем мире многие люди не знают, как им избавиться от своих лидеров. А тибетцы не хотели вас отпускать. Почему?

― Эмоционально, духовно они по-прежнему полагаются на меня. Когда я заявил об отставке, они просили, чтобы я продолжал выполнять свои обязанности бессрочно. Я отказался. Тогда меня попросили принять хотя бы символический титул, церемониальную должность главы государства.

Церемониальная роль? Это не для меня. Стать кем-то вроде королевы Великобритании? Я лично очень уважаю королеву, она замечательный человек. Но сама система? [Смеется] Если вы принимаете церемониальную должность, вы должны что-то делать! Иначе, вы будете просто куклой. Кто-то пишет заявление, а я должен его зачитать? Кажется, это называется марионетка.

Институт Далай-лам стал выполнять политические обязанности только во времена Пятого Далай-ламы, примерно 350 лет назад. Более ранние воплощения были только духовными лидерами. Я всегда считал, что время правления королей и единоличных лидеров прошло. Мы должны догнать современный мир.

И вот теперь я передал свои политические полномочия избираемому правительству. И я счастлив. Вся ответственность лежит на них. А я хочу быть просто духовным лидером. Но если им понадобится моя помощь, то я всегда буду готов ее предоставить.

― Были ли у вас личные причины для отставки?

―Я всегда говорю людям, что политические и религиозные институты должны быть разделены. А при этом я сам совмещаю две роли. Это же лицемерие! [Смеется] Я должен сам следовать тому, чему учу других.

Есть и более личная причина. До того как Далай-лама стал политической фигурой, не было практически никаких противоречий. Противоречия начались с Пятого Далай-ламы, и связаны они были не с духовными, а с политическими аспектами. Теперь, после моей отставки, институт Далай-лама стал более чистым, более стабильным. Я чувствовал, что мы должны отделить политическую ответственность. Далай-лама не может нести еще и этот груз. Так что мой личный интерес заключался в том, чтобы защитить старую традицию Далай-лам. Без вмешательства в политические дела она будет в большей безопасности.

Я абсолютно убежден, что тибетцы справятся с политическими обязанностями. А потому я добровольно и с гордостью принял решение положить конец этой четырехсотлетней традиции.

Но это не означает конца института Далай-ламы. Он остается, но будет играть только духовную роль. И не только в нынешнем поколении. Если такова будет воля тибетского народа, институт Далай-лам продолжит существование и в будущем.

― Означает ли ваша отставка, что изменились ваши долгосрочные цели?

― До конца жизни моими обязательствами останутся: способствовать установлению межрелигиозной гармонии, пропагандировать человеческие ценности, способствовать счастью людей.

― Значит, ваш повседневный распорядок не изменится? Я знаю, что каждое утро вы читаете молитву обо всех живых существах. Когда вы молитесь о нас, чего вы нам желаете?

― Я часто говорю людям, что этот век должен стать веком диалога. Одними помыслами или благословением Будды мира на Земле не построить. Мир должен прийти от людей, от их действий. Это значит, что на все проблемы ответ только один ― диалог. Это единственный путь. А для этого мы должны внутренне разоружиться. Мы должны трудиться, чтобы наши усилия, пусть небольшие, помогли к концу века сделать мир более миролюбивым и сострадательным. Таково мое пожелание. Но для его осуществления необходимо приложить усилия. Пока это выглядит лишь как идея. Но ее можно осуществить. Для этого всем придется потрудиться. Если же, несмотря на все старания, мы потерпим неудачу, по меньшей мере, наша совесть будет спокойна.

― Вы называете себя простым монахом. Многим такое утверждение покажется удивительным.

― Несколько дней назад в этой самой комнате я принимал представителей тибетского политического руководства. Они принесли мне поправки в хартию [касающиеся отставки]. Они мне все объяснили, а потом попросили самому прочесть, что там написано. Я ответил: «Даже если я прочту все, то не смогу досконально в этом разобраться. Так что это бесполезно». И спросил: «Где подписать?» [Смеется]

― Но это очень опасно!

―Это доказывает, что я простой буддийский монах!

― Вас не беспокоит, что некоторые люди могут считать ваше решение уйти в отставку ошибкой?

― Некоторые тибетцы, в особенности молодые, сильно меня критикуют.

― Думаете, это проявление страха? Или ими движет вполне обоснованная озабоченность судьбами Тибета?

― Некоторые люди считают, что эти решения принимались несколько поспешно. Им, конечно, невдомек, что я шел к этому последовательно на протяжении нескольких последних десятилетий.

― Далай-ламы с давних пор полагаются в делах на пророчества государственных оракулов. А вы просили оракулов войти в транс и дать совет по поводу вашей отставки?

― Да, просил. И они полностью поддержали мое решение. Я знаю этих оракулов. Я обращаюсь к ним как к советникам. Они наблюдали за судьбами Далай-лам на протяжении последних четырех или пяти веков. И вполне естественно, что они, как и люди, могли ощущать некоторое беспокойство по поводу моего решения. Но они сказал, что решение правильное и своевременное.

― Значит, вы довольны?

― Да, конечно. 19 марта, после того как я публично выступил с подробными разъяснениями по поводу моей отставки, я спал необычайно крепко. Это решение принесло мне облегчение.

Теперь наше общество полностью освободилось от теократического режима прошлого. Наше решение это также и ответ на обвинения китайских коммунистов, которые утверждают, что цель нашей борьбы восстановить старую систему [феодального Тибета]. Теперь эти заявления утратили смысл. Я часто говорю, что китайской компартии тоже пора бы уйти в отставку. Теперь же я могу сказать им: «Делайте, как я. Уйдите в отставку по доброй воле».

― Почему Китай демонизирует вас, называя «дьяволом» или «волком в монашеской одежде»? Есть ли какие-то особые причины, по которым они пользуются таким архаичным языком?

― Вообще говоря, такие выражения больше подошли бы детям, а не официальным лицам. Я думаю, что, используя такие слова, они хотят показать китайскому правительству, насколько ужасен Далай-лама. Я также думаю, что они пытаются таким образом затронуть и тибетцев. Им нужно выставить меня в самом черном свете. И потому они используют такие словам. Но этим они только дискредитируют себя. Это такое ребячество! Нелепость! Никто им не верит.

Обычно, у людей часть мозга отвечает за здравый смысл. Но у китайских лидеров, в особенности у сторонников жесткой линии, эта часть, похоже, отсутствует. В прошлом году на встрече с президентом Обамой я сказал ему: «Вы должны провести операцию, вживить китайцам эту часть мозга». [Смеется]

― Как вы думаете, каким был бы сегодня Тибет, если бы вы руководили им все эти годы?

― Произошли бы некоторые перемены, были бы проведены какие-то реформы. Но это было бы нелегко. Существовала бы оппозиция внутри Тибета. Среди чиновников есть те, кто мыслит более современно, а есть и консерваторы. Ну и конечно, было бы свободнее, чем при китайских «освободителях» [смеется].

Последние 52 года были исполнены глубокой печалью. Беженцы. А хуже всего разрушения в самом Тибете. Что-то построили, есть некоторый экономический прогресс, но в целом картина очень, очень печальная.

Но я ни о чем не жалею. 52 года я живу в свободной стране, в Индии, и это дало мне прекрасную возможность наполнить жизнь смыслом, внести свой вклад. Останься я в Лхасе, то даже и без китайской оккупации мне бы, скорее всего, была отведена церемониальная роль, я бы выполнял традиционные обязанности.

― Когда вы были еще молодым человеком, оракул Нечунга напророчил вам, что «драгоценность, исполняющая желания, воссияет на западе». Прав был оракул?

― Думаю, доля правды в этом есть. В 1959 мы бежали из Тибета и пришли в Индию. Для тибетцев Индия это уже запад. А для Индии запад это страны Европы и Америки. Наверное, я могу считать, что внес свой вклад: помог совместить буддийскую науку и современную науку. Ни один буддист до меня этого не делал. Мне кажется, другие ламы мало интересуются современной наукой. А меня наука живо интересовала с детства. Современные ученые еще очень мало знают обо всем, что касается внутренней науки [науки об уме]. В то же время современная наука сильно продвинулась в изучении внешних предметов. Так что нам, буддистам, есть, чему поучиться.

― Вы сказали как-то, что выживание Тибета будет зависеть от того, произойдут ли перемены внутри Китая. Считаете ли вы, что такие перемены будут?

― Когда Ху Цзиньтао заявляет, что его главная цель это пропаганда гармонии, я полностью его поддерживаю. Я всегда говорю, что подлинная гармония должна исходить из сердца. А для этого необходимы доверие, уважение и дружба. Неправильно пытаться построить гармоничное общество с применением силы. Ху Цзиньтао находится на посту председателя КНР почти 10 лет. Цели у него очень хорошие, но в качестве средства их достижения он все чаще и чаще применяет силу, это непродуктивно.

Прежде всего, нужна прозрачность. Я считаю, что 1,3 миллиарда китайцев имеют право знать истинное положение вещей. 1,3 миллиарда китайцев также способны самостоятельно судить, что плохо, а что хорошо.

Китайский премьер Вэнь Цзябао несколько раз публично говорил о том, что Китай нуждается в политических переменах. Он даже как-то раз упомянул демократию. Китайские мыслители и художники все чаще говорит, что хотят политических перемен, большей свободы. Так что перемены не могут не произойти. Никто не знает, сколько потребуется времени. Пять лет, 10 лет, 15 лет? Прошло уже 52 года. Я почти уверен, что в следующие 50 лет изменения произойдут. Независимо от того, проживу я еще 50 лет или нет.

― Если бы Ху Цзиньтао согласился прислушаться к вам в вопросе Тибета, что бы посоветовали ему?

― Не знаю. Я вообще не думаю, что имеет смысл обсуждать такие вещи [смеется].

― А был ли какой-то момент с 1959, когда вы подумали, что вот сейчас китайцы уйдут из Тибета?

― Да, конечно. 10 марта 1959, в день тибетского восстания. Я очень ясно помню, как из Лхасы в Норбулинку пришло много людей, и они заблокировали все двери. Они кричали: «Вам не следует ехать в китайскую военную ставку!»

― В эти напряженные времена тибетцы боялись, что приглашение от китайцев это уловка, чтобы взять вас под стражу или убить?

― Да. В тот день светило яркое солнце. Я сказал г-ну Пала, канцлеру: «Возможно, этот день станет поворотным пунктом истории».

«Поворотный» не значит «лишающий надежды». Несмотря на трудности, в конце длинного тоннеля мы видим свет. Это чувство поддерживает нашу решимость.

― Я знаю, что в ноябре вы будете встречаться с группой тибетских духовных лидеров, чтобы обсудить вопрос о вашем преемнике. О чем будет идти речь?

― В последние несколько раз, когда мы собирались вместе с религиозными лидерами, я поднимал этот вопрос. Китайских коммунистов очень беспокоит моя следующая реинкарнация! [Смеется] Так что нам нужно обсудить этот вопрос.

Конкретные решения пока не приняты. Но одно ясно уже сейчас. Реинкарнация Далай-ламы это моя реинкарнация, мое перерождение. А значит, следуя логике, принимать решение должен я. Никто другой, даже духовные лидеры не могут в это вмешиваться. Моя следующая жизнь это целиком и полностью мое решение.

― Но китайское правительство говорит, что будет принимать решения по всем реинкарнациям, включая и вашу.

― В этом есть некоторое противоречие. Коммунисты не просто люди неверующие, они говорят, что тибетский буддизм это яд. И они намеренно стараются ограничить практику тибетского буддизма. Могут ли люди, которые стремятся ограничить или уничтожить тибетский буддизм, вмешиваться в вопрос реинкарнации? Это все выглядит очень странно. Даже смешно. Они думают только о политической власти над Лхасой. И выставляют себя в нелепом свете. Думаю, им было бы лучше сохранять нейтралитет. Или даже более логично было бы сказать: «Больше не должно быть никаких реинкарнаций».

― Вам, наверное, не очень приятно, что люди так много говорят о вашей смерти?

― Вовсе нет. В прошлом месяце в Ньюарке французский журналист задал мне вопрос о преемнике. Я снял очки, посмотрел на него и спросил: «Глядя на мое лицо, вы по-прежнему полагаете, что есть смысл поторопиться с вопросом о новой реинкарнации?» И он ответил: «Нет!» [Смеется]

― Вы сами склоняетесь к более традиционному методу поиска следующего Далай-ламы, вашей реинкарнации, тому, который использовали, выбирая вас?

― В настоящее время я считаю, что с этим вопросом можно подождать еще лет 10, 15, а то и 20. А потом будем смотреть по ситуации. Если тибетцы по-прежнему будут хотеть сохранить этот институт и следовать традиционному пути, они воспользуются опытом прошлого: будут искать маленького мальчика, который отличается особыми признаками.

Что же касается того, где этот мальчик родится, то я высказался предельно ясно. Если я умру в эмиграции, до того как завершится борьба тибетского народа, тогда логично будет искать реинкарнацию за пределами Тибета. Ведь сама цель следующего перерождения в том, чтобы продолжить работу, начатую в предыдущей жизни. Так что, если прежний Далай-лама умрет за пределами Тибета как беженец, то и реинкарнацию следует искать там же. Иначе возникнет много новых трудностей.

― Как вы думаете, с какими трудностями может столкнуться ваш преемник, Пятнадцатый Далай-лама?

― Выйдя в отставку, я уже освободил Далай-ламу от политической роли. Так что следующему Далай-ламе будет в чем-то проще. И если Пятнадцатый Далай-лама окажется непригодным к государственным делам, это не создаст никаких проблем. Все, что он должен сделать как духовный лидер, он сделает. Будет не слишком умным? Не страшно! [Смеется]

― Есть традиции тибетского буддизма, в которых считается, что мальчик, родившийся до смерти высокого ламы, может быть его реинкарнацией. Как по-вашему, возможно ли такое, что Пятнадцатый Далай-лама уже родился?

― Это возможно. По меньшей мере, два современных ламы перед смертью дали такое указание: «Этот мальчик, который уже родился и живет, это моя реинкарнация». Необходимо, конечно, провести специальные испытания, чтобы подтвердить, что мальчик действительно является реинкарнацией. Но в принципе такое возможно.

― Но если такой мальчик уже живет, можете ли вы заняться его подготовкой?

― Если на момент его обнаружения я буду слишком стар, то не знаю! [Смеется]

― Вы внимательно следили за развитием событий в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Думаете ли вы, что «Арабская весна» может иметь какие-то последствия для Тибета?

― Это трудно сказать. Авторитарные системы одинаковы во всем мире. Но в Китае экономическое развитие действительно приносит некоторые блага большому количеству китайцев. И в этом отличие.

― Кризис, разразившийся в Тунисе и Египте, оказал некоторое влияние на ход мыслей молодых представителей китайской интеллигенции. Это очень сильно обеспокоило китайское правительство. Они видят внутреннюю угрозу. Но китайская авторитарная система довольно крепка. Их бюджет на внутреннюю безопасность превышает оборонный бюджет.

― Многие люди считают, что новое поколение китайских руководителей будет лучше знать и понимать внешний мир, потому что они моложе, у них есть Интернет, и много китайских студентов обучается за границей. Я уверен, что перемены будут. Обязательно. Такова моя точка зрения, и такова точка зрения многих китайцев.

― Вы помните, где находились в тот момент, когда узнали о смерти Осамы Бен Ладена? Что вы почувствовали?

― Я был в Лонг-Бич, в Калифорнии. Конечно, я был опечален. Но тут все не так просто, все очень сложно.

С самого детства я очень плохо относился к смертной казни. В 1945 или 1946, когда мне было лет 10, на Нюрнбергском процессе нацистских военных преступников приговорили к повешению. Я видел фотографии в журнале «Лайф». И мне было очень печально. То же самое и с японскими руководителями. Эти люди уже были повержены. Их казнь это не мера предосторожности, а обычная месть.

Когда повесили Саддама Хуссейна, я смотрел на его фотографию. Он больше не представлял угрозы. Старый, сломленный человек. Не убивайте его, проявите милосердие, думал я. Очень печально.

То же самое я думаю и о Бен Ладене. Он тоже потерпел поражение. После трагедии 11 сентября я сказал, что ошибка в выборе ответных мер может привести к тому, что через некоторое время у нас будет не один, а десять, сто бен ладенов. 12 сентября я написал письмо президенту Бушу, с которым у меня дружеские отношения. Я принес соболезнования, но в то же время выразил надежду, что ответные действия будут ненасильственными.

Я понимаю, конечно, что погибли тысячи американских граждан. Немыслимое количество смертей для мирного времени. Огромная трагедия. Я это понимаю. Я могу почувствовать то, что чувствуют американцы. Обычный человек, который хочет справедливости и отчасти стремится к мести, может испытать некоторую радость [по поводу смерти Бен Ладена]. Но можно посмотреть на это и по-другому. Убили побежденного человека.

Лучше всего решать такие проблемы в духе примирения. Говорить. Слушать. Обсуждать. Это единственный путь.

― Существует ли в мире зло?

― Я считаю, что зерно зла это ненависть. И мы можем сказать, что в каждом человеке есть это зерно. Если говорить о потенциальных убийцах, то в каждом человеке заложен такой потенциал. Ненависть, гнев, подозрительность ― все это несет в себе потенциал негативных деяний.

Но есть и потенциал к милосердию. Умение прощать, терпимость. И эти качества тоже потенциально присутствуют в каждом.

Зло, это когда проявляются негативные качества, а позитивные остаются в спящем состоянии. Люди, которые буквально любят ненависть, которые намеренно взращивают в себе гнев ― вот зло.

― Вы когда-нибудь чувствовали, что вас предали?

― В 1954 и 1955 я почти полгода прожил в Пекине. В тот период я по разным поводам несколько раз встречался с Мао Цзэдуном. В первый раз я очень нервничал. На последующих встречах, не помню уже, сколько их было, во мне появилось глубокое уважение к нему. Это был великий революционер, несомненно. Очень прямолинейный. А в частной жизни это был очень добрый человек, как пожилой отец в крестьянской семье, очень простой.

Он очень многое обещал. Один раз Мао Цзэдун указал на двух генералов, которых направлял в Лхасу, и сказал: «Я посылаю этих генералов, чтобы они помогали вам. Если они не будут вас слушать, обращайтесь ко мне, я их отзову».

А потом на последней встрече, в самый последний момент он сказал: «Религия это яд».

Он тогда давал мне советы, как слушать, собирать разные точки зрения, предложения и как управлять. Это были очень полезные советы. Он сказал, чтобы я отправлял телеграммы лично ему, напрямую.

Так что в Тибет я вернулся исполненный надежды. По дороге я встретил китайского генерала, который возвращался из Лхасы. Я сказал ему: «В прошлом году, когда я ехал по этой дороге в Пекин, то был полон тревоги и подозрений. Теперь я возвращаюсь исполненный уверенностью и надеждой». Это было летом 1955.

А потом, в 1956, начались проблемы в восточной части Тибета, которая находилась под китайской юрисдикцией. Я отправился в Индию. Месяц за месяцем ситуация становилась все хуже и хуже. Вернувшись из Индии, я написал два письма Мао, в которых объяснял положение дел. Но в ответ не получил ни слова. Ничего. И тогда я подумал: «Его обещание это только пустые слова».

― На росписи стен Поталы можно увидеть важные моменты и людей из жизни прошлых Далай-лам. Ваша жизнь так отличается от жизней ваших предшественников. Каких людей и какие события можно было бы изобразить на стенах Поталы, чтобы рассказать о вашей жизни?

― Право не знаю. Мою мать, конечно, чтобы рассказать о моем детстве. Затем моего наставника. Я никогда об этом не думал, пусть другие люди решают.

Важно, чтобы моя каждодневная жизнь приносила пользу окружающим. Просыпаясь утром, я настраиваю свой ум. И весь оставшийся день все деяния моего тела, речи и ума посвящены служению другим. Это неотъемлемая часть моей практики, но также помогает обрести своего рода внутреннюю силу. Подлинный буддийский практик не должен думать о том, какую память он оставит по себе. Если вы слишком много думаете о том, что останется после вас, то ваши труды не будут искренними. Это значит, что вы больше заботитесь о собственном добром имени. Слишком эгоистично, нехорошо. Свидетельство нравственного упадка.

― Верите ли вы, что придет день, когда вам позволят вернуться в Тибет?

― Тибетский вопрос это не вопрос о личной судьбе Далай-ламы. Это вопрос о шести миллионах тибетцев и их культуре. Так что пока китайское правительство не проявит готовность разбираться с реально существующей проблемой, разговоры о моем возвращении в Тибет неуместны. Это вопрос о шести миллионах тибетцев. Я один из них. И как у каждого тибетца, у меня есть обязанность служить делу Тибета.

― Когда придет время умирать, вас похоронят в Потале?

― Если произойдут перемены и придет время вернуться в Тибет, то мое тело, скорее всего, поместят там. Но это неважно. Если самолет, на котором я лечу, потерпит крушение, то конец всему! Отправлюсь за Бен Ладеном! [Смеется]

― Вы как-то сказали, что у Ченрези ― Будды сострадания, чьей реинкарнацией являются Далай-ламы, был генеральный план для первого и пятого Далай-лам. Не думаете ли вы, что последние 50 лет тибетской истории это тоже часть такого генерального плана?

― Не знаю. В начале шестидесятых, до начала культурной революции, в одном из снов я встретился с Ченрези в храме Джокханг в Лхасе. Там находится известнейшая статуя этого божества. Во сне я вошел в комнату, и статуя Ченрези подмигнула мне и сделала знак приблизиться. И я почувствовал огромную радость, я подошел к нему и обнял его. И он сказал мне примерно так: «Сохраняй целеустремленность. Прилагай усилия, несмотря на препятствия. Каковы бы ни были трудности, продолжай свою работу».

В тот момент я чувствовал себя счастливым. Но теперь, когда я думаю об этом сне, то понимаю совет Ченрези иначе: «Жизнь твоя не будет легкой. Ты встретишь трудности. Они не уйдут быстро. Но нет причин отчаиваться».

Интервью из журнала «Роллинг Стоун» за 4 августа 2011.

Перевод Натальи Иноземцевой]]> Ing Sun, 07 Oct 2012 13:18:57 +0400 [/fullrss] [yandexrss] Беседа с Далай-ламой. Журнал «Роллинг Стоун» (4 августа 2011) https://dalailama.ru/messages/1326-rolling-stone.html Мелисса Мэтисон: Мы встретились 2 июня в его резиденции во дворе главного тибетского храма в пыльном индийском городке Маклеод Ганж у подножия Гималаев. Далай-лама поинтересовался, выглядит ли он таким же здоровым, как и во время нашей последней встречи. Да, отвечаю я, даже еще моложе, если такое возможно. Выступления и тексты, Тибет, Интервью, Общество Sun, 07 Oct 2012 13:18:57 +0400

Его Святейшество о своей новой реинкарнации и решении уйти в отставку с поста главы тибетского правительства

Мелисса Мэтисон

Во дворе залитого солнцем храма Цуглакан, что стоит у подножия индийских Гималаев, сотни тибетцев собрались на праздник. Буддийские монахи раздают всем белый рис с тушеными овощами, протяжно гудят трубы, звенят цимбалы. Такого рода праздники здесь не редкость ― монахи часто бесплатно кормят окрестных жителей, чтобы накопить положительную карму заслуги. Однако сегодня праздничная атмосфера, кажется, очень созвучна настроению человека, который живет по соседству с храмом. Наконец-то исполнилась мечта Далай-ламы: его отставка со всех государственных постов была официально утверждена, невзирая на прочувствованные мольбы и обращения сограждан.

Тибетский парламент дважды просил Его Святейшество пересмотреть свое решение, но Далай-лама даже не стал читать эти послания и отказался от встречи с членами парламента. Он принял окончательное решение. 29 мая были подписаны все необходимые документы и внесены поправки в Хартию тибетского народа. Этот акт ознаменовал собой выдающееся и добровольное отделение церкви от государства. Впервые более чем за 350 лет Далай-лама больше не совмещает роли светского и духовного лидера тибетского народа.

В последние десятилетия тибетское сообщество в эмиграции управлялось в целом демократическими методами, однако решающее слово во всех важных политических вопросах, касающихся жизни диаспоры, оставалось за Далай-ламой. Он назначал зарубежных посланников, определял темы и даты переговоров с Китаем, имел право подписывать или налагать вето на законопроекты и мог даже распустить парламент. Теперь с его согласия официальный титул Далай-ламы сменился с «Главы нации» на «Защитник и символ Тибета и тибетского народа». Политическая ответственность ложится в основном на плечи Лобсанга Сенге, 43-летнего юриста из Гарварда, которого в апреле тибетцы избрали на пост премьер-министра.

Китай уже объявил передачу политической власти «уловкой» и отказался встречаться с новым премьером. Коммунистическое правительство верит, что движение за автономию Тибета умрет вместе с Далай-ламой, надо лишь набраться терпения. Однако, передавая бразды правления в руки народа, Его Святейшество делает ставку на то, что демократия послужит эффективной защитой от китайских репрессий. Далай-ламе 76, и он знает, что не будет стоять у руля вечно. Тибетцы, считает он, должны научиться самостоятельно управлять государственной машиной.

Тензин Гьяцо, Четырнадцатый Далай-лама, родился в крестьянской семье в маленькой тибетской деревне в 1935 году. Ему было два года, когда в деревню пришла поисковая группа, направляемая по древней традиции снами и видениями высоких лам и оракулов. Ребенок успешно распознал людей и предметы, принадлежавшие ему в прошлой жизни, и был официально признан перерождением Тринадцатого Далай-ламы. Когда ему исполнилось четыре, его привезли в Лхасу, где он стал духовным лидером своего народа. В 15 лет он возглавил государство. В 1959 году, когда противостояние с китайской армией достигло высшей точки, он бежал в Индию, где и живет с тех пор, руководя тибетской диаспорой в эмиграции.

Ему есть чем гордиться за более чем 60 лет своего пребывания у власти. Он основал успешное и стабильное правительство в эмиграции и твердо противостоял жестокому режиму. Первый Далай-лама, попавший в страны Запада, он проповедует миллионам людей добродетель ненасилия, что принесло ему Нобелевскую премию мира. Будучи духовным лидером Тибета, он олицетворяет борьбу своего народа.

Я познакомилась с Его Святейшеством в 1990, когда писала сценарий к фильму «Кундун» о его детстве, который поставил режиссер Мартин Скорсезе. С тех пор между нами установились прочные дружеские отношения. Я остаюсь сторонницей автономии для Тибета и являюсь членом правления «Международной кампании за Тибет». Каждый день я молюсь о долголетии Тензина Гьяцо.

Мы встретились 2 июня в его резиденции во дворе главного тибетского храма в пыльном индийском городке Маклеод Ганж у подножия Гималаев. Далай-лама поинтересовался, выглядит ли он таким же здоровым, как и во время нашей последней встречи. Да, отвечаю я, даже еще моложе, если такое возможно. Только глаза постарели. «Точно», ― отвечает он. И сообщает, что ему не пришлось выписывать у окулиста новые очки, наверное, оттого что он не пользуется компьютером. «Даже и не пробовал никогда», ― говорит он и разражается характерным, заразительным смехом. «Ничего не понимаю в компьютерах!».

― Давайте для начала вспомним тот день в 1950, когда вы стали главой тибетского правительства. Вам тогда было всего 15 лет, и китайцы захватили вашу страну.

― Положение было очень и очень трудным. Когда люди попросили меня взять на себя эту ответственность, первой мыслью было, что я еще слишком молод. Я всегда хотел следовать традиции, а традиция предписывает возводить Далай-лам на трон в возрасте 18 лет. 15 лет это слишком рано. Но меня продолжали упрашивать. Китайцы уже захватили Чамдо [горный район в восточном Тибете]. Тревожные настроения нарастали. И я принял ответственность на себя. Когда Коммунистическая освободительная армия достигла Лхасы, моим первым действием был побег из Лхасы к границе с Индией. Теперь я думаю, было ли это дурным или добрым предзнаменованием? Практически первым же моим действием после того, как я возглавил государство, стал побег из Лхасы! [Смеется]

― С тех пор прошел 61 год, и вот вы ушли в отставку с поста главы государства. По сути, вы готовились к этой отставке, к отделению церкви от государства еще с тех пор, как были ребенком. Когда впервые у вас зародилось это намерение?

― Когда мне было лет 13 или 14, в Лхасе, где я жил, у меня были очень близкие отношения с простыми людьми. В основном это были метельщики во дворце Полтала и в Норбулинке [летняя резиденция Далай-ламы в Лхасе]. Я с ними всегда играл, а зачастую и обедал. От слуг я узнавал о том, что на самом деле творится в Лхасе. Часто я слышал о несправедливостях по отношению к народу. И тогда я начал понимать, что наша система, когда вся власть сосредоточена в руках нескольких людей, это неправильная система.

― И тогда, приняв власть, вы решили провести реформы?

― В 1952 я создал комитет по реформе. Я хотел начать проводить какие-то изменения. Но мои начинания столкнулись с серьезными препятствиями ― китайские чиновники хотели, чтобы реформы шли по их плану, в соответствии с их желаниями, подобно тому, как это уже произошло в самом Китае. Китайцы боялись, что если реформы в Тибете произойдут по воле тибетского народа, это может помешать осуществлению их замыслов. Так что менять что-либо в системе правления было нелегко.

― В 1954 вы ездили в Китай и своими глазами увидели, что такое коммунистические реформы. Было ли это похоже на то, что вы планировали осуществить в Тибете?

― Я поехал в Китай в составе тибетской делегации на съезд Китайской народной республики. Пекинский парламент удивил меня своей дисциплиной. Я заметил, что практически никто из членов парламента не отваживался выступить с предложениями. Если они и вносили какие-то поправки, то это касалось только словесных формулировок [смеется]. Смысл никто не обсуждал.

Затем, в 1956, мне представилась возможность побывать в Индии. И там тоже я посетил парламент. Мне открылась совершенно другая картина. В индийском парламенте стоит постоянный гвалт. Никакой дисциплины. Было ясно, что там полная свобода выражения мыслей. Индийские парламентарии обожают критиковать свое правительство. И тогда я понял, что суть демократии в свободе слова. Демократическая система произвела на меня огромное впечатление.

― Вам понравилось, что демократия такая сумбурная и шумная?

― В 1959, когда мы решили поднять в ООН тибетский вопрос, я попросил тогдашнего премьер-министра Индии Джавахарлала Неру поддержать нашу инициативу. Но он отказался. Он считал, что бесполезно ставить вопрос о Тибете. Он сказал мне, что Америка никогда не вступит в войну за Тибет с Китаем. Позже, когда я снова встретился с Неру, я немного волновался [смеется]. Но он разговаривал со мной так, как будто наших разногласий и не бывало! И тогда я понял ― да, это действительно демократический лидер. Иметь разные точки зрения это совершенно нормально.

В 1960, когда я уже жил в Индии, многие тибетцы собрались в Бодхгае на мои учения. Именно там мы приняли решение о создании представительного правительства. Это стало нашим первым шагом к демократизации. С тех пор тибетское сообщество в эмиграции шаг за шагом продвигалось к полной демократии. В последние 10 лет я продолжал исполнять обязанности верховного советника. Я называл это отставкой наполовину. С 2009 при каждом удобном случае я повторял, что теперь хочу уже полностью отойти от дел. В этом году 10 марта я официально заявил, что пришло время мне уйти на покой, что я собираюсь передать всю политическую власть в руки Тибетской администрации.

― Во всем мире многие люди не знают, как им избавиться от своих лидеров. А тибетцы не хотели вас отпускать. Почему?

― Эмоционально, духовно они по-прежнему полагаются на меня. Когда я заявил об отставке, они просили, чтобы я продолжал выполнять свои обязанности бессрочно. Я отказался. Тогда меня попросили принять хотя бы символический титул, церемониальную должность главы государства.

Церемониальная роль? Это не для меня. Стать кем-то вроде королевы Великобритании? Я лично очень уважаю королеву, она замечательный человек. Но сама система? [Смеется] Если вы принимаете церемониальную должность, вы должны что-то делать! Иначе, вы будете просто куклой. Кто-то пишет заявление, а я должен его зачитать? Кажется, это называется марионетка.

Институт Далай-лам стал выполнять политические обязанности только во времена Пятого Далай-ламы, примерно 350 лет назад. Более ранние воплощения были только духовными лидерами. Я всегда считал, что время правления королей и единоличных лидеров прошло. Мы должны догнать современный мир.

И вот теперь я передал свои политические полномочия избираемому правительству. И я счастлив. Вся ответственность лежит на них. А я хочу быть просто духовным лидером. Но если им понадобится моя помощь, то я всегда буду готов ее предоставить.

― Были ли у вас личные причины для отставки?

―Я всегда говорю людям, что политические и религиозные институты должны быть разделены. А при этом я сам совмещаю две роли. Это же лицемерие! [Смеется] Я должен сам следовать тому, чему учу других.

Есть и более личная причина. До того как Далай-лама стал политической фигурой, не было практически никаких противоречий. Противоречия начались с Пятого Далай-ламы, и связаны они были не с духовными, а с политическими аспектами. Теперь, после моей отставки, институт Далай-лама стал более чистым, более стабильным. Я чувствовал, что мы должны отделить политическую ответственность. Далай-лама не может нести еще и этот груз. Так что мой личный интерес заключался в том, чтобы защитить старую традицию Далай-лам. Без вмешательства в политические дела она будет в большей безопасности.

Я абсолютно убежден, что тибетцы справятся с политическими обязанностями. А потому я добровольно и с гордостью принял решение положить конец этой четырехсотлетней традиции.

Но это не означает конца института Далай-ламы. Он остается, но будет играть только духовную роль. И не только в нынешнем поколении. Если такова будет воля тибетского народа, институт Далай-лам продолжит существование и в будущем.

― Означает ли ваша отставка, что изменились ваши долгосрочные цели?

― До конца жизни моими обязательствами останутся: способствовать установлению межрелигиозной гармонии, пропагандировать человеческие ценности, способствовать счастью людей.

― Значит, ваш повседневный распорядок не изменится? Я знаю, что каждое утро вы читаете молитву обо всех живых существах. Когда вы молитесь о нас, чего вы нам желаете?

― Я часто говорю людям, что этот век должен стать веком диалога. Одними помыслами или благословением Будды мира на Земле не построить. Мир должен прийти от людей, от их действий. Это значит, что на все проблемы ответ только один ― диалог. Это единственный путь. А для этого мы должны внутренне разоружиться. Мы должны трудиться, чтобы наши усилия, пусть небольшие, помогли к концу века сделать мир более миролюбивым и сострадательным. Таково мое пожелание. Но для его осуществления необходимо приложить усилия. Пока это выглядит лишь как идея. Но ее можно осуществить. Для этого всем придется потрудиться. Если же, несмотря на все старания, мы потерпим неудачу, по меньшей мере, наша совесть будет спокойна.

― Вы называете себя простым монахом. Многим такое утверждение покажется удивительным.

― Несколько дней назад в этой самой комнате я принимал представителей тибетского политического руководства. Они принесли мне поправки в хартию [касающиеся отставки]. Они мне все объяснили, а потом попросили самому прочесть, что там написано. Я ответил: «Даже если я прочту все, то не смогу досконально в этом разобраться. Так что это бесполезно». И спросил: «Где подписать?» [Смеется]

― Но это очень опасно!

―Это доказывает, что я простой буддийский монах!

― Вас не беспокоит, что некоторые люди могут считать ваше решение уйти в отставку ошибкой?

― Некоторые тибетцы, в особенности молодые, сильно меня критикуют.

― Думаете, это проявление страха? Или ими движет вполне обоснованная озабоченность судьбами Тибета?

― Некоторые люди считают, что эти решения принимались несколько поспешно. Им, конечно, невдомек, что я шел к этому последовательно на протяжении нескольких последних десятилетий.

― Далай-ламы с давних пор полагаются в делах на пророчества государственных оракулов. А вы просили оракулов войти в транс и дать совет по поводу вашей отставки?

― Да, просил. И они полностью поддержали мое решение. Я знаю этих оракулов. Я обращаюсь к ним как к советникам. Они наблюдали за судьбами Далай-лам на протяжении последних четырех или пяти веков. И вполне естественно, что они, как и люди, могли ощущать некоторое беспокойство по поводу моего решения. Но они сказал, что решение правильное и своевременное.

― Значит, вы довольны?

― Да, конечно. 19 марта, после того как я публично выступил с подробными разъяснениями по поводу моей отставки, я спал необычайно крепко. Это решение принесло мне облегчение.

Теперь наше общество полностью освободилось от теократического режима прошлого. Наше решение это также и ответ на обвинения китайских коммунистов, которые утверждают, что цель нашей борьбы восстановить старую систему [феодального Тибета]. Теперь эти заявления утратили смысл. Я часто говорю, что китайской компартии тоже пора бы уйти в отставку. Теперь же я могу сказать им: «Делайте, как я. Уйдите в отставку по доброй воле».

― Почему Китай демонизирует вас, называя «дьяволом» или «волком в монашеской одежде»? Есть ли какие-то особые причины, по которым они пользуются таким архаичным языком?

― Вообще говоря, такие выражения больше подошли бы детям, а не официальным лицам. Я думаю, что, используя такие слова, они хотят показать китайскому правительству, насколько ужасен Далай-лама. Я также думаю, что они пытаются таким образом затронуть и тибетцев. Им нужно выставить меня в самом черном свете. И потому они используют такие словам. Но этим они только дискредитируют себя. Это такое ребячество! Нелепость! Никто им не верит.

Обычно, у людей часть мозга отвечает за здравый смысл. Но у китайских лидеров, в особенности у сторонников жесткой линии, эта часть, похоже, отсутствует. В прошлом году на встрече с президентом Обамой я сказал ему: «Вы должны провести операцию, вживить китайцам эту часть мозга». [Смеется]

― Как вы думаете, каким был бы сегодня Тибет, если бы вы руководили им все эти годы?

― Произошли бы некоторые перемены, были бы проведены какие-то реформы. Но это было бы нелегко. Существовала бы оппозиция внутри Тибета. Среди чиновников есть те, кто мыслит более современно, а есть и консерваторы. Ну и конечно, было бы свободнее, чем при китайских «освободителях» [смеется].

Последние 52 года были исполнены глубокой печалью. Беженцы. А хуже всего разрушения в самом Тибете. Что-то построили, есть некоторый экономический прогресс, но в целом картина очень, очень печальная.

Но я ни о чем не жалею. 52 года я живу в свободной стране, в Индии, и это дало мне прекрасную возможность наполнить жизнь смыслом, внести свой вклад. Останься я в Лхасе, то даже и без китайской оккупации мне бы, скорее всего, была отведена церемониальная роль, я бы выполнял традиционные обязанности.

― Когда вы были еще молодым человеком, оракул Нечунга напророчил вам, что «драгоценность, исполняющая желания, воссияет на западе». Прав был оракул?

― Думаю, доля правды в этом есть. В 1959 мы бежали из Тибета и пришли в Индию. Для тибетцев Индия это уже запад. А для Индии запад это страны Европы и Америки. Наверное, я могу считать, что внес свой вклад: помог совместить буддийскую науку и современную науку. Ни один буддист до меня этого не делал. Мне кажется, другие ламы мало интересуются современной наукой. А меня наука живо интересовала с детства. Современные ученые еще очень мало знают обо всем, что касается внутренней науки [науки об уме]. В то же время современная наука сильно продвинулась в изучении внешних предметов. Так что нам, буддистам, есть, чему поучиться.

― Вы сказали как-то, что выживание Тибета будет зависеть от того, произойдут ли перемены внутри Китая. Считаете ли вы, что такие перемены будут?

― Когда Ху Цзиньтао заявляет, что его главная цель это пропаганда гармонии, я полностью его поддерживаю. Я всегда говорю, что подлинная гармония должна исходить из сердца. А для этого необходимы доверие, уважение и дружба. Неправильно пытаться построить гармоничное общество с применением силы. Ху Цзиньтао находится на посту председателя КНР почти 10 лет. Цели у него очень хорошие, но в качестве средства их достижения он все чаще и чаще применяет силу, это непродуктивно.

Прежде всего, нужна прозрачность. Я считаю, что 1,3 миллиарда китайцев имеют право знать истинное положение вещей. 1,3 миллиарда китайцев также способны самостоятельно судить, что плохо, а что хорошо.

Китайский премьер Вэнь Цзябао несколько раз публично говорил о том, что Китай нуждается в политических переменах. Он даже как-то раз упомянул демократию. Китайские мыслители и художники все чаще говорит, что хотят политических перемен, большей свободы. Так что перемены не могут не произойти. Никто не знает, сколько потребуется времени. Пять лет, 10 лет, 15 лет? Прошло уже 52 года. Я почти уверен, что в следующие 50 лет изменения произойдут. Независимо от того, проживу я еще 50 лет или нет.

― Если бы Ху Цзиньтао согласился прислушаться к вам в вопросе Тибета, что бы посоветовали ему?

― Не знаю. Я вообще не думаю, что имеет смысл обсуждать такие вещи [смеется].

― А был ли какой-то момент с 1959, когда вы подумали, что вот сейчас китайцы уйдут из Тибета?

― Да, конечно. 10 марта 1959, в день тибетского восстания. Я очень ясно помню, как из Лхасы в Норбулинку пришло много людей, и они заблокировали все двери. Они кричали: «Вам не следует ехать в китайскую военную ставку!»

― В эти напряженные времена тибетцы боялись, что приглашение от китайцев это уловка, чтобы взять вас под стражу или убить?

― Да. В тот день светило яркое солнце. Я сказал г-ну Пала, канцлеру: «Возможно, этот день станет поворотным пунктом истории».

«Поворотный» не значит «лишающий надежды». Несмотря на трудности, в конце длинного тоннеля мы видим свет. Это чувство поддерживает нашу решимость.

― Я знаю, что в ноябре вы будете встречаться с группой тибетских духовных лидеров, чтобы обсудить вопрос о вашем преемнике. О чем будет идти речь?

― В последние несколько раз, когда мы собирались вместе с религиозными лидерами, я поднимал этот вопрос. Китайских коммунистов очень беспокоит моя следующая реинкарнация! [Смеется] Так что нам нужно обсудить этот вопрос.

Конкретные решения пока не приняты. Но одно ясно уже сейчас. Реинкарнация Далай-ламы это моя реинкарнация, мое перерождение. А значит, следуя логике, принимать решение должен я. Никто другой, даже духовные лидеры не могут в это вмешиваться. Моя следующая жизнь это целиком и полностью мое решение.

― Но китайское правительство говорит, что будет принимать решения по всем реинкарнациям, включая и вашу.

― В этом есть некоторое противоречие. Коммунисты не просто люди неверующие, они говорят, что тибетский буддизм это яд. И они намеренно стараются ограничить практику тибетского буддизма. Могут ли люди, которые стремятся ограничить или уничтожить тибетский буддизм, вмешиваться в вопрос реинкарнации? Это все выглядит очень странно. Даже смешно. Они думают только о политической власти над Лхасой. И выставляют себя в нелепом свете. Думаю, им было бы лучше сохранять нейтралитет. Или даже более логично было бы сказать: «Больше не должно быть никаких реинкарнаций».

― Вам, наверное, не очень приятно, что люди так много говорят о вашей смерти?

― Вовсе нет. В прошлом месяце в Ньюарке французский журналист задал мне вопрос о преемнике. Я снял очки, посмотрел на него и спросил: «Глядя на мое лицо, вы по-прежнему полагаете, что есть смысл поторопиться с вопросом о новой реинкарнации?» И он ответил: «Нет!» [Смеется]

― Вы сами склоняетесь к более традиционному методу поиска следующего Далай-ламы, вашей реинкарнации, тому, который использовали, выбирая вас?

― В настоящее время я считаю, что с этим вопросом можно подождать еще лет 10, 15, а то и 20. А потом будем смотреть по ситуации. Если тибетцы по-прежнему будут хотеть сохранить этот институт и следовать традиционному пути, они воспользуются опытом прошлого: будут искать маленького мальчика, который отличается особыми признаками.

Что же касается того, где этот мальчик родится, то я высказался предельно ясно. Если я умру в эмиграции, до того как завершится борьба тибетского народа, тогда логично будет искать реинкарнацию за пределами Тибета. Ведь сама цель следующего перерождения в том, чтобы продолжить работу, начатую в предыдущей жизни. Так что, если прежний Далай-лама умрет за пределами Тибета как беженец, то и реинкарнацию следует искать там же. Иначе возникнет много новых трудностей.

― Как вы думаете, с какими трудностями может столкнуться ваш преемник, Пятнадцатый Далай-лама?

― Выйдя в отставку, я уже освободил Далай-ламу от политической роли. Так что следующему Далай-ламе будет в чем-то проще. И если Пятнадцатый Далай-лама окажется непригодным к государственным делам, это не создаст никаких проблем. Все, что он должен сделать как духовный лидер, он сделает. Будет не слишком умным? Не страшно! [Смеется]

― Есть традиции тибетского буддизма, в которых считается, что мальчик, родившийся до смерти высокого ламы, может быть его реинкарнацией. Как по-вашему, возможно ли такое, что Пятнадцатый Далай-лама уже родился?

― Это возможно. По меньшей мере, два современных ламы перед смертью дали такое указание: «Этот мальчик, который уже родился и живет, это моя реинкарнация». Необходимо, конечно, провести специальные испытания, чтобы подтвердить, что мальчик действительно является реинкарнацией. Но в принципе такое возможно.

― Но если такой мальчик уже живет, можете ли вы заняться его подготовкой?

― Если на момент его обнаружения я буду слишком стар, то не знаю! [Смеется]

― Вы внимательно следили за развитием событий в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Думаете ли вы, что «Арабская весна» может иметь какие-то последствия для Тибета?

― Это трудно сказать. Авторитарные системы одинаковы во всем мире. Но в Китае экономическое развитие действительно приносит некоторые блага большому количеству китайцев. И в этом отличие.

― Кризис, разразившийся в Тунисе и Египте, оказал некоторое влияние на ход мыслей молодых представителей китайской интеллигенции. Это очень сильно обеспокоило китайское правительство. Они видят внутреннюю угрозу. Но китайская авторитарная система довольно крепка. Их бюджет на внутреннюю безопасность превышает оборонный бюджет.

― Многие люди считают, что новое поколение китайских руководителей будет лучше знать и понимать внешний мир, потому что они моложе, у них есть Интернет, и много китайских студентов обучается за границей. Я уверен, что перемены будут. Обязательно. Такова моя точка зрения, и такова точка зрения многих китайцев.

― Вы помните, где находились в тот момент, когда узнали о смерти Осамы Бен Ладена? Что вы почувствовали?

― Я был в Лонг-Бич, в Калифорнии. Конечно, я был опечален. Но тут все не так просто, все очень сложно.

С самого детства я очень плохо относился к смертной казни. В 1945 или 1946, когда мне было лет 10, на Нюрнбергском процессе нацистских военных преступников приговорили к повешению. Я видел фотографии в журнале «Лайф». И мне было очень печально. То же самое и с японскими руководителями. Эти люди уже были повержены. Их казнь это не мера предосторожности, а обычная месть.

Когда повесили Саддама Хуссейна, я смотрел на его фотографию. Он больше не представлял угрозы. Старый, сломленный человек. Не убивайте его, проявите милосердие, думал я. Очень печально.

То же самое я думаю и о Бен Ладене. Он тоже потерпел поражение. После трагедии 11 сентября я сказал, что ошибка в выборе ответных мер может привести к тому, что через некоторое время у нас будет не один, а десять, сто бен ладенов. 12 сентября я написал письмо президенту Бушу, с которым у меня дружеские отношения. Я принес соболезнования, но в то же время выразил надежду, что ответные действия будут ненасильственными.

Я понимаю, конечно, что погибли тысячи американских граждан. Немыслимое количество смертей для мирного времени. Огромная трагедия. Я это понимаю. Я могу почувствовать то, что чувствуют американцы. Обычный человек, который хочет справедливости и отчасти стремится к мести, может испытать некоторую радость [по поводу смерти Бен Ладена]. Но можно посмотреть на это и по-другому. Убили побежденного человека.

Лучше всего решать такие проблемы в духе примирения. Говорить. Слушать. Обсуждать. Это единственный путь.

― Существует ли в мире зло?

― Я считаю, что зерно зла это ненависть. И мы можем сказать, что в каждом человеке есть это зерно. Если говорить о потенциальных убийцах, то в каждом человеке заложен такой потенциал. Ненависть, гнев, подозрительность ― все это несет в себе потенциал негативных деяний.

Но есть и потенциал к милосердию. Умение прощать, терпимость. И эти качества тоже потенциально присутствуют в каждом.

Зло, это когда проявляются негативные качества, а позитивные остаются в спящем состоянии. Люди, которые буквально любят ненависть, которые намеренно взращивают в себе гнев ― вот зло.

― Вы когда-нибудь чувствовали, что вас предали?

― В 1954 и 1955 я почти полгода прожил в Пекине. В тот период я по разным поводам несколько раз встречался с Мао Цзэдуном. В первый раз я очень нервничал. На последующих встречах, не помню уже, сколько их было, во мне появилось глубокое уважение к нему. Это был великий революционер, несомненно. Очень прямолинейный. А в частной жизни это был очень добрый человек, как пожилой отец в крестьянской семье, очень простой.

Он очень многое обещал. Один раз Мао Цзэдун указал на двух генералов, которых направлял в Лхасу, и сказал: «Я посылаю этих генералов, чтобы они помогали вам. Если они не будут вас слушать, обращайтесь ко мне, я их отзову».

А потом на последней встрече, в самый последний момент он сказал: «Религия это яд».

Он тогда давал мне советы, как слушать, собирать разные точки зрения, предложения и как управлять. Это были очень полезные советы. Он сказал, чтобы я отправлял телеграммы лично ему, напрямую.

Так что в Тибет я вернулся исполненный надежды. По дороге я встретил китайского генерала, который возвращался из Лхасы. Я сказал ему: «В прошлом году, когда я ехал по этой дороге в Пекин, то был полон тревоги и подозрений. Теперь я возвращаюсь исполненный уверенностью и надеждой». Это было летом 1955.

А потом, в 1956, начались проблемы в восточной части Тибета, которая находилась под китайской юрисдикцией. Я отправился в Индию. Месяц за месяцем ситуация становилась все хуже и хуже. Вернувшись из Индии, я написал два письма Мао, в которых объяснял положение дел. Но в ответ не получил ни слова. Ничего. И тогда я подумал: «Его обещание это только пустые слова».

― На росписи стен Поталы можно увидеть важные моменты и людей из жизни прошлых Далай-лам. Ваша жизнь так отличается от жизней ваших предшественников. Каких людей и какие события можно было бы изобразить на стенах Поталы, чтобы рассказать о вашей жизни?

― Право не знаю. Мою мать, конечно, чтобы рассказать о моем детстве. Затем моего наставника. Я никогда об этом не думал, пусть другие люди решают.

Важно, чтобы моя каждодневная жизнь приносила пользу окружающим. Просыпаясь утром, я настраиваю свой ум. И весь оставшийся день все деяния моего тела, речи и ума посвящены служению другим. Это неотъемлемая часть моей практики, но также помогает обрести своего рода внутреннюю силу. Подлинный буддийский практик не должен думать о том, какую память он оставит по себе. Если вы слишком много думаете о том, что останется после вас, то ваши труды не будут искренними. Это значит, что вы больше заботитесь о собственном добром имени. Слишком эгоистично, нехорошо. Свидетельство нравственного упадка.

― Верите ли вы, что придет день, когда вам позволят вернуться в Тибет?

― Тибетский вопрос это не вопрос о личной судьбе Далай-ламы. Это вопрос о шести миллионах тибетцев и их культуре. Так что пока китайское правительство не проявит готовность разбираться с реально существующей проблемой, разговоры о моем возвращении в Тибет неуместны. Это вопрос о шести миллионах тибетцев. Я один из них. И как у каждого тибетца, у меня есть обязанность служить делу Тибета.

― Когда придет время умирать, вас похоронят в Потале?

― Если произойдут перемены и придет время вернуться в Тибет, то мое тело, скорее всего, поместят там. Но это неважно. Если самолет, на котором я лечу, потерпит крушение, то конец всему! Отправлюсь за Бен Ладеном! [Смеется]

― Вы как-то сказали, что у Ченрези ― Будды сострадания, чьей реинкарнацией являются Далай-ламы, был генеральный план для первого и пятого Далай-лам. Не думаете ли вы, что последние 50 лет тибетской истории это тоже часть такого генерального плана?

― Не знаю. В начале шестидесятых, до начала культурной революции, в одном из снов я встретился с Ченрези в храме Джокханг в Лхасе. Там находится известнейшая статуя этого божества. Во сне я вошел в комнату, и статуя Ченрези подмигнула мне и сделала знак приблизиться. И я почувствовал огромную радость, я подошел к нему и обнял его. И он сказал мне примерно так: «Сохраняй целеустремленность. Прилагай усилия, несмотря на препятствия. Каковы бы ни были трудности, продолжай свою работу».

В тот момент я чувствовал себя счастливым. Но теперь, когда я думаю об этом сне, то понимаю совет Ченрези иначе: «Жизнь твоя не будет легкой. Ты встретишь трудности. Они не уйдут быстро. Но нет причин отчаиваться».

Интервью из журнала «Роллинг Стоун» за 4 августа 2011.

Перевод Натальи Иноземцевой]]> [/yandexrss][shortrss] Далай-лама о всеобщей ответственности https://dalailama.ru/messages/846-dalai-lama.html https://dalailama.ru/messages/846-dalai-lama.html Запись выступления на «Парламентском саммите Земли» (Глобальном форуме) в рамках конференции Организации Объединенных Наций по охране окружающей среды и развитию (UNCED). 6 июня 1992, Рио-де-Жанейро, Бразилия.

Я всегда говорю, что человеку очень важно рассматривать себя как часть единого целого, одной большой человеческой семьи. Ведь независимо от культурной или расовой принадлежности, религии и страны проживания, все люди в основе своей одинаковы. Это означает, что у каждого есть право быть счастливым и право избавиться от страданий. Я считаю, что цель самой нашей жизни ― достижение счастья. Быть счастливым ― наше право по рождению.

Сегодня, в быстро меняющемся мире, очень важно осознавать взаимосвязь всех человеческих существ. В древние времена люди могли даже не подозревать о существовании соседей, и это никак не влияло на их жизнь. Однако нынешняя реальность такова, что, нравится нам это или нет, каждый отдельный кризис неотъемлемо связан с глобальным кризисом, поэтому подход с позиции интересов моей страны, моего континента, моей семьи, моей религии, моей традиции на сегодняшний день бесперспективен. Именно поэтому в настоящее время появилась насущная необходимость в чувстве всеобщей ответственности и изменении нашего внутреннего мироощущения.

Чувство всеобщей ответственности должно лежать в основе нашей положительной мотивации. Главная движущая сила любого человеческого действия ― это мотивация, или твердое намерение.

Мотивация в первую очередь должна быть ясной и искренней. Если за нашими действиями стоит подлинная искренность намерений, то не важно, достигнем мы своей цели или нет. Ведь даже не достигнув цели, мы не станем сожалеть, поскольку сделали все, что в наших силах. Если же нашим намерениям не достает искренности, то даже достигнув цели, человек не испытает настоящей радости и удовлетворения. Поэтому мотивация очень важна.

Результат любого человеческого действия, будь то положительный или отрицательный, в основном зависит от намерений. С искренностью намерений любое действие, в том числе и в области политики, может принести положительный результат. При неправильной, нечистой мотивации даже религия может скомпрометировать себя.

Итак, в конечном итоге все зависит от правильной мотивации. Для меня важнее всего непоколебимая решимость, основанная на подлинном чувстве человеческого братства, или чувство всеобщей ответственности, что зиждется на сострадании и любви ко всем людям. Это и есть самый верный настрой ума. Такой путь к достижению цели может оказаться не самым простым и быстрым, он может быть чреват множеством препятствий. Но все же, с самого начала нам следует принять именно такое отношение ко всему, что мы совершаем. Однако ошибочно полагать, что одного лишь доброго намерения без настойчивых усилий будет достаточно, чтобы заручиться всеобщей поддержкой и с легкостью осуществить задуманное.

Мир, увы, не совершенен; в нем действует множество негативных сил. Тридцать три года я говорю своим братьям, тибетцам, что нам нужно надеяться на лучшее, но в то же время, не теряя оптимизма, готовиться к худшему.

Оптимистический настрой ― это ключ к успеху. Сложно достичь даже небольших целей, если вы с самого начала настроены пессимистично. Именно поэтому важно всегда сохранять оптимизм.

Как я упоминал ранее, многие формы человеческой деятельности ― такие как религия, политика, развитие технологий, наука и право ― призваны улучшить жизнь всего человечества, сделать его счастливее. Исходя из опыта прошлого, многие люди думают, что политика ― дело грязное. Это неверное представление. Нравится нам это или нет, но в демократической стране для претворения в жизнь демократических идей необходимы политические партии. Самоустраниться от политики с единственной целью критиковать, жаловаться и возмущаться ― не самое мудрое решение.

Злоупотребления случаются и в религиозной сфере. Порой неприглядные поступки совершаются во имя блага человечества, блага самой религии. Как можно что-то изменить, стоя в стороне? Если вы только критикуете, значительного эффекта это не принесет. Идите и попытайтесь изменить ситуацию изнутри. Так нужно действовать.

Я бы хотел сказать несколько теплых слов о работе неправительственных организаций. Каждый отдельный человек несет ответственность за процветание и благополучие всего человечества и самой планеты, потому что эта планета ― наш единственный дом, у нас нет другого убежища. А значит, каждый должен заботиться не только о своих собратьях, но также о насекомых, растениях, крупных животных и обо всей планете в целом.

Инициатива должна исходить от самих людей. Но для того чтобы добиться изменений, необходимы скоординированные усилия многих людей, объединенных в различные организации. Поэтому организации играют важную роль. Думаю, что действия на правительственном уровне не всегда соответствуют ожиданиям. Виной тому могут быть различные политические причины, а иногда и то, что политические деятели озабочены лишь тем, чтобы их избрали на следующий срок.

Неправительственные организации как раз обладают большими возможностями и свободой действия. Во многих областях они могут сделать гораздо больше, они могут подавать свежие идеи, предлагать и испытывать различные варианты действий. Они могут быть первопроходцами. Если неправительственная организация добьется значительных результатов, то правительство может взять ее опыт на вооружение и распространить его. Такие примеры уже есть. Так что, неправительственные организации обладают уникальными возможностями. Они уже внесли большой вклад в развитие человечества и планеты, и я надеюсь, что у них будет возможность продолжать свою замечательную деятельность, пользуясь всесторонней поддержкой и опираясь на собственную уверенность и решимость.

Существующее сегодня разделение между Востоком и Западом особенно заметно в экономической сфере. Из-за этого более богатые государства рано или поздно столкнутся с трудностями. Поэтому надо найти способ, как сократить экономический разрыв. Богатые и бедные должны вести искренний диалог в интересах всего мира, а не только своей страны или своего континента. Ведь это наши общие интересы, наше общее будущее. Если одна сторона станет занимать оборонительную позицию, а другая ― только жаловаться или критиковать, то это не приведет ни к каким результатам. Нужно собраться вместе и начать рассуждать в терминах единого мира, к которому принадлежим мы все. С таким отношением можно достичь многого.

Говоря о разнице в уровне жизни бедных и богатых стран, не следует забывать и о проблемах в собственной стране. В некоторых государствах, таких как Индия или Бразилия, также наблюдается большой разрыв между богатыми и бедными. Там складывается очень бедственное положение. Ситуация может стать опасной и даже критической.

Сегодня осталась только одна сверхдержава. Когда в прошлом году я возвращался из Европы в Индию, это было как раз время после распада советского коммунистического блока, со мной в самолете летел высокопоставленный чиновник одной из африканских стран. В аэропорту Дели мы с ним разговорились. Я сказал ему, что последние события в мире очень обнадеживают, потому что исчезла опасность ядерной войны. Я ожидал, что он поддержит мой оптимизм. Но вместо этого он сказал, что раньше было две сверхдержавы, и страны третьего мира могли лавировать между ними. Теперь же, с распадом одной из них, осталась одна сверхдержава, и будет больше причин для страха и беспокойства.

У нас нет уверенности в нашем будущем. И это довольно печально. Причина такой неуверенности в завтрашнем дне не в американской системе демократии и свободы, но в первую очередь в вооруженных силах США. Возможно также, что в этом есть и экономическая подоплека.

Вскоре после войны в Персидском заливе я дал обет всю оставшуюся жизнь посвятить делу разоружения нашей планеты.

Вчера я слышал по Би-Би-Си, что примерно 18 миллионов людей в Африке находятся на грани голодной смерти. Конечно, основная причина ― это засуха, но есть и другая ― гражданская война, разгоревшаяся за последние годы. Огромные деньги были потрачены на закупку оружия в ущерб интересам сельского хозяйства. Все эти нежелательные последствия, в конечном итоге, связаны с вооружением. Вооруженные силы и войны ― это часть человеческой истории. Но мне кажется, сегодня все изменилось, и теперь мы должны прийти к новому образу мышления. Ведь у нас есть замечательный человеческий ум, который совсем не предназначен для разрушения. Будет большим несчастьем, если мы станем употреблять свои умственные способности только для разрушения.

Однажды я сказал, что считаю самым большим несчастьем XX века октябрьскую революцию в России. Потому что во время самой революции и после нее, для сохранения нового государства, было пролито столько крови. Мне лично близка теория Маркса, но то, как идеи марксизма были воплощены в реальность, вселяет ужас.

В определенные исторические периоды оружие, и в частности ядерное, приносило определенную пользу, поскольку играло сдерживающую роль. Но теперь рухнула Берлинская стена, и советская коммунистическая империя тоже распалась. Остался только один коммунистический Китай. Сегодня больше нет опасности коммунизма, поэтому, я считаю, что ядерное оружие уже сделало свое дело. Пришло время сказать "прощай" этому ужасному средству массового уничтожения. Оно нам больше не нужно.

Когда человек серьезно заболевает, ему необходимы лекарства, некоторые из которых могут даже содержать яд. Но как только больной излечился, ядовитые лекарства нужно выбросить из дома. Хранить их очень опасно.

Сейчас как раз подходящее время, чтобы избавиться от опасного оружия, и нам следует об этом серьезно задуматься. Во-первых, необходимо устранить ядерное и биологическое оружие. Со временем мы должны пересмотреть и саму концепцию войн и вооруженных сил. Недавнее предложение Китая полностью запретить ядерное оружие очень своевременно; другой вопрос, насколько они серьезны в своем намерении. Китайцы недавно провели ядерные испытания, и это пугает.

В одном из интервью на немецком телевидении мне передали записку со следующим вопросом: "Почему у западных людей такой сильный страх смерти, а у восточных его совсем нет?". Я ответил, что не согласен с автором вопроса. Вы, западные люди, любите войну. Вам нравится это ужасающее оружие, которое убивает, а война ― это смерть, причем настоящая смерть. Похоже, у вас совсем нет страха смерти! Мы, тибетцы, в свое время с неодобрением смотрели на солдат и вообще военных. А это означает, что у нас даже больше страха смерти, чем у вас!

Я полагаю, что сама концепция создания оборонительных вооруженных сил ошибочна. Любые вооруженные силы ― это наиболее серьезное нарушение прав человека, причем легализованное. Конечно, среди пяти миллиардов людей обязательно найдутся злонамеренные личности. В мире будущего никогда не появится общество, идеальное на сто процентов. Поэтому средства противодействия тоже нужны. Во время войны в Персидском заливе главная инициатива исходила от Америки. Из-за напряженной обстановки в мире уже сложилась система объединенных вооруженных сил. В будущем большие и малые государства должны будут на равных участвовать в создании единой полиции или вооруженных сил. Руководство объединенными силами должно будет осуществляться коллективно, на международной основе. Такие силы могут быть задействованы где угодно. Если мы создадим такую систему, то гражданских войн и жестоких конфликтов между государствами больше не будет. С другой стороны, мы сэкономим много денег и избежим серьезных разрушений. Чувство страха в мире уменьшится.

Но даже если мы предпримем все возможные меры для защиты нашей планеты, этого все равно будет недостаточно из-за роста численности населения. Ученые полагают, что существует реальная угроза перенаселения мира, и это также вызывает серьезные опасения.

Как буддийский монах я считаю, что жизнь каждого человека ― настоящая драгоценность. С этой точки зрения неуместно говорить о мерах контроля рождаемости. Но если посмотреть в целом, то становится очевидным, что вскоре из-за перенаселённости наша планета просто не сможет обеспечить потребности всех людей. Так что, речь не об одном человеке или горстке людей, но о страдании всего человечества, всех форм жизни. Поэтому, с буддийской точки зрения, необходимо все обдумать и выработать меры контроля рождаемости.

Перевод Дмитрия Петренко

Запись выступления на «Парламентском саммите Земли» (Глобальном форуме) в рамках конференции Организации Объединенных Наций по охране окружающей среды и развитию (UNCED). 6 июня 1992, Рио-де-Жанейро, Бразилия.
]]> Выступления и тексты, Общество Editor Sun, 23 Oct 2011 16:15:50 +0400 [/shortrss] [fullrss] Далай-лама о всеобщей ответственности https://dalailama.ru/messages/846-dalai-lama.html https://dalailama.ru/messages/846-dalai-lama.html

Я всегда говорю, что человеку очень важно рассматривать себя как часть единого целого, одной большой человеческой семьи. Ведь независимо от культурной или расовой принадлежности, религии и страны проживания, все люди в основе своей одинаковы. Это означает, что у каждого есть право быть счастливым и право избавиться от страданий. Я считаю, что цель самой нашей жизни ― достижение счастья. Быть счастливым ― наше право по рождению.

Сегодня, в быстро меняющемся мире, очень важно осознавать взаимосвязь всех человеческих существ. В древние времена люди могли даже не подозревать о существовании соседей, и это никак не влияло на их жизнь. Однако нынешняя реальность такова, что, нравится нам это или нет, каждый отдельный кризис неотъемлемо связан с глобальным кризисом, поэтому подход с позиции интересов моей страны, моего континента, моей семьи, моей религии, моей традиции на сегодняшний день бесперспективен. Именно поэтому в настоящее время появилась насущная необходимость в чувстве всеобщей ответственности и изменении нашего внутреннего мироощущения.

Чувство всеобщей ответственности должно лежать в основе нашей положительной мотивации. Главная движущая сила любого человеческого действия ― это мотивация, или твердое намерение.

Мотивация в первую очередь должна быть ясной и искренней. Если за нашими действиями стоит подлинная искренность намерений, то не важно, достигнем мы своей цели или нет. Ведь даже не достигнув цели, мы не станем сожалеть, поскольку сделали все, что в наших силах. Если же нашим намерениям не достает искренности, то даже достигнув цели, человек не испытает настоящей радости и удовлетворения. Поэтому мотивация очень важна.

Результат любого человеческого действия, будь то положительный или отрицательный, в основном зависит от намерений. С искренностью намерений любое действие, в том числе и в области политики, может принести положительный результат. При неправильной, нечистой мотивации даже религия может скомпрометировать себя.

Итак, в конечном итоге все зависит от правильной мотивации. Для меня важнее всего непоколебимая решимость, основанная на подлинном чувстве человеческого братства, или чувство всеобщей ответственности, что зиждется на сострадании и любви ко всем людям. Это и есть самый верный настрой ума. Такой путь к достижению цели может оказаться не самым простым и быстрым, он может быть чреват множеством препятствий. Но все же, с самого начала нам следует принять именно такое отношение ко всему, что мы совершаем. Однако ошибочно полагать, что одного лишь доброго намерения без настойчивых усилий будет достаточно, чтобы заручиться всеобщей поддержкой и с легкостью осуществить задуманное.

Мир, увы, не совершенен; в нем действует множество негативных сил. Тридцать три года я говорю своим братьям, тибетцам, что нам нужно надеяться на лучшее, но в то же время, не теряя оптимизма, готовиться к худшему.

Оптимистический настрой ― это ключ к успеху. Сложно достичь даже небольших целей, если вы с самого начала настроены пессимистично. Именно поэтому важно всегда сохранять оптимизм.

Как я упоминал ранее, многие формы человеческой деятельности ― такие как религия, политика, развитие технологий, наука и право ― призваны улучшить жизнь всего человечества, сделать его счастливее. Исходя из опыта прошлого, многие люди думают, что политика ― дело грязное. Это неверное представление. Нравится нам это или нет, но в демократической стране для претворения в жизнь демократических идей необходимы политические партии. Самоустраниться от политики с единственной целью критиковать, жаловаться и возмущаться ― не самое мудрое решение.

Злоупотребления случаются и в религиозной сфере. Порой неприглядные поступки совершаются во имя блага человечества, блага самой религии. Как можно что-то изменить, стоя в стороне? Если вы только критикуете, значительного эффекта это не принесет. Идите и попытайтесь изменить ситуацию изнутри. Так нужно действовать.

Я бы хотел сказать несколько теплых слов о работе неправительственных организаций. Каждый отдельный человек несет ответственность за процветание и благополучие всего человечества и самой планеты, потому что эта планета ― наш единственный дом, у нас нет другого убежища. А значит, каждый должен заботиться не только о своих собратьях, но также о насекомых, растениях, крупных животных и обо всей планете в целом.

Инициатива должна исходить от самих людей. Но для того чтобы добиться изменений, необходимы скоординированные усилия многих людей, объединенных в различные организации. Поэтому организации играют важную роль. Думаю, что действия на правительственном уровне не всегда соответствуют ожиданиям. Виной тому могут быть различные политические причины, а иногда и то, что политические деятели озабочены лишь тем, чтобы их избрали на следующий срок.

Неправительственные организации как раз обладают большими возможностями и свободой действия. Во многих областях они могут сделать гораздо больше, они могут подавать свежие идеи, предлагать и испытывать различные варианты действий. Они могут быть первопроходцами. Если неправительственная организация добьется значительных результатов, то правительство может взять ее опыт на вооружение и распространить его. Такие примеры уже есть. Так что, неправительственные организации обладают уникальными возможностями. Они уже внесли большой вклад в развитие человечества и планеты, и я надеюсь, что у них будет возможность продолжать свою замечательную деятельность, пользуясь всесторонней поддержкой и опираясь на собственную уверенность и решимость.

Существующее сегодня разделение между Востоком и Западом особенно заметно в экономической сфере. Из-за этого более богатые государства рано или поздно столкнутся с трудностями. Поэтому надо найти способ, как сократить экономический разрыв. Богатые и бедные должны вести искренний диалог в интересах всего мира, а не только своей страны или своего континента. Ведь это наши общие интересы, наше общее будущее. Если одна сторона станет занимать оборонительную позицию, а другая ― только жаловаться или критиковать, то это не приведет ни к каким результатам. Нужно собраться вместе и начать рассуждать в терминах единого мира, к которому принадлежим мы все. С таким отношением можно достичь многого.

Говоря о разнице в уровне жизни бедных и богатых стран, не следует забывать и о проблемах в собственной стране. В некоторых государствах, таких как Индия или Бразилия, также наблюдается большой разрыв между богатыми и бедными. Там складывается очень бедственное положение. Ситуация может стать опасной и даже критической.

Сегодня осталась только одна сверхдержава. Когда в прошлом году я возвращался из Европы в Индию, это было как раз время после распада советского коммунистического блока, со мной в самолете летел высокопоставленный чиновник одной из африканских стран. В аэропорту Дели мы с ним разговорились. Я сказал ему, что последние события в мире очень обнадеживают, потому что исчезла опасность ядерной войны. Я ожидал, что он поддержит мой оптимизм. Но вместо этого он сказал, что раньше было две сверхдержавы, и страны третьего мира могли лавировать между ними. Теперь же, с распадом одной из них, осталась одна сверхдержава, и будет больше причин для страха и беспокойства.

У нас нет уверенности в нашем будущем. И это довольно печально. Причина такой неуверенности в завтрашнем дне не в американской системе демократии и свободы, но в первую очередь в вооруженных силах США. Возможно также, что в этом есть и экономическая подоплека.

Вскоре после войны в Персидском заливе я дал обет всю оставшуюся жизнь посвятить делу разоружения нашей планеты.

Вчера я слышал по Би-Би-Си, что примерно 18 миллионов людей в Африке находятся на грани голодной смерти. Конечно, основная причина ― это засуха, но есть и другая ― гражданская война, разгоревшаяся за последние годы. Огромные деньги были потрачены на закупку оружия в ущерб интересам сельского хозяйства. Все эти нежелательные последствия, в конечном итоге, связаны с вооружением. Вооруженные силы и войны ― это часть человеческой истории. Но мне кажется, сегодня все изменилось, и теперь мы должны прийти к новому образу мышления. Ведь у нас есть замечательный человеческий ум, который совсем не предназначен для разрушения. Будет большим несчастьем, если мы станем употреблять свои умственные способности только для разрушения.

Однажды я сказал, что считаю самым большим несчастьем XX века октябрьскую революцию в России. Потому что во время самой революции и после нее, для сохранения нового государства, было пролито столько крови. Мне лично близка теория Маркса, но то, как идеи марксизма были воплощены в реальность, вселяет ужас.

В определенные исторические периоды оружие, и в частности ядерное, приносило определенную пользу, поскольку играло сдерживающую роль. Но теперь рухнула Берлинская стена, и советская коммунистическая империя тоже распалась. Остался только один коммунистический Китай. Сегодня больше нет опасности коммунизма, поэтому, я считаю, что ядерное оружие уже сделало свое дело. Пришло время сказать "прощай" этому ужасному средству массового уничтожения. Оно нам больше не нужно.

Когда человек серьезно заболевает, ему необходимы лекарства, некоторые из которых могут даже содержать яд. Но как только больной излечился, ядовитые лекарства нужно выбросить из дома. Хранить их очень опасно.

Сейчас как раз подходящее время, чтобы избавиться от опасного оружия, и нам следует об этом серьезно задуматься. Во-первых, необходимо устранить ядерное и биологическое оружие. Со временем мы должны пересмотреть и саму концепцию войн и вооруженных сил. Недавнее предложение Китая полностью запретить ядерное оружие очень своевременно; другой вопрос, насколько они серьезны в своем намерении. Китайцы недавно провели ядерные испытания, и это пугает.

В одном из интервью на немецком телевидении мне передали записку со следующим вопросом: "Почему у западных людей такой сильный страх смерти, а у восточных его совсем нет?". Я ответил, что не согласен с автором вопроса. Вы, западные люди, любите войну. Вам нравится это ужасающее оружие, которое убивает, а война ― это смерть, причем настоящая смерть. Похоже, у вас совсем нет страха смерти! Мы, тибетцы, в свое время с неодобрением смотрели на солдат и вообще военных. А это означает, что у нас даже больше страха смерти, чем у вас!

Я полагаю, что сама концепция создания оборонительных вооруженных сил ошибочна. Любые вооруженные силы ― это наиболее серьезное нарушение прав человека, причем легализованное. Конечно, среди пяти миллиардов людей обязательно найдутся злонамеренные личности. В мире будущего никогда не появится общество, идеальное на сто процентов. Поэтому средства противодействия тоже нужны. Во время войны в Персидском заливе главная инициатива исходила от Америки. Из-за напряженной обстановки в мире уже сложилась система объединенных вооруженных сил. В будущем большие и малые государства должны будут на равных участвовать в создании единой полиции или вооруженных сил. Руководство объединенными силами должно будет осуществляться коллективно, на международной основе. Такие силы могут быть задействованы где угодно. Если мы создадим такую систему, то гражданских войн и жестоких конфликтов между государствами больше не будет. С другой стороны, мы сэкономим много денег и избежим серьезных разрушений. Чувство страха в мире уменьшится.

Но даже если мы предпримем все возможные меры для защиты нашей планеты, этого все равно будет недостаточно из-за роста численности населения. Ученые полагают, что существует реальная угроза перенаселения мира, и это также вызывает серьезные опасения.

Как буддийский монах я считаю, что жизнь каждого человека ― настоящая драгоценность. С этой точки зрения неуместно говорить о мерах контроля рождаемости. Но если посмотреть в целом, то становится очевидным, что вскоре из-за перенаселённости наша планета просто не сможет обеспечить потребности всех людей. Так что, речь не об одном человеке или горстке людей, но о страдании всего человечества, всех форм жизни. Поэтому, с буддийской точки зрения, необходимо все обдумать и выработать меры контроля рождаемости.

Перевод Дмитрия Петренко

Запись выступления на «Парламентском саммите Земли» (Глобальном форуме) в рамках конференции Организации Объединенных Наций по охране окружающей среды и развитию (UNCED). 6 июня 1992, Рио-де-Жанейро, Бразилия.
]]> Editor Sun, 23 Oct 2011 16:15:50 +0400 [/fullrss] [yandexrss] Далай-лама о всеобщей ответственности https://dalailama.ru/messages/846-dalai-lama.html Запись выступления на «Парламентском саммите Земли» (Глобальном форуме) в рамках конференции Организации Объединенных Наций по охране окружающей среды и развитию (UNCED). 6 июня 1992, Рио-де-Жанейро, Бразилия. Выступления и тексты, Общество Sun, 23 Oct 2011 16:15:50 +0400

Я всегда говорю, что человеку очень важно рассматривать себя как часть единого целого, одной большой человеческой семьи. Ведь независимо от культурной или расовой принадлежности, религии и страны проживания, все люди в основе своей одинаковы. Это означает, что у каждого есть право быть счастливым и право избавиться от страданий. Я считаю, что цель самой нашей жизни ― достижение счастья. Быть счастливым ― наше право по рождению.

Сегодня, в быстро меняющемся мире, очень важно осознавать взаимосвязь всех человеческих существ. В древние времена люди могли даже не подозревать о существовании соседей, и это никак не влияло на их жизнь. Однако нынешняя реальность такова, что, нравится нам это или нет, каждый отдельный кризис неотъемлемо связан с глобальным кризисом, поэтому подход с позиции интересов моей страны, моего континента, моей семьи, моей религии, моей традиции на сегодняшний день бесперспективен. Именно поэтому в настоящее время появилась насущная необходимость в чувстве всеобщей ответственности и изменении нашего внутреннего мироощущения.

Чувство всеобщей ответственности должно лежать в основе нашей положительной мотивации. Главная движущая сила любого человеческого действия ― это мотивация, или твердое намерение.

Мотивация в первую очередь должна быть ясной и искренней. Если за нашими действиями стоит подлинная искренность намерений, то не важно, достигнем мы своей цели или нет. Ведь даже не достигнув цели, мы не станем сожалеть, поскольку сделали все, что в наших силах. Если же нашим намерениям не достает искренности, то даже достигнув цели, человек не испытает настоящей радости и удовлетворения. Поэтому мотивация очень важна.

Результат любого человеческого действия, будь то положительный или отрицательный, в основном зависит от намерений. С искренностью намерений любое действие, в том числе и в области политики, может принести положительный результат. При неправильной, нечистой мотивации даже религия может скомпрометировать себя.

Итак, в конечном итоге все зависит от правильной мотивации. Для меня важнее всего непоколебимая решимость, основанная на подлинном чувстве человеческого братства, или чувство всеобщей ответственности, что зиждется на сострадании и любви ко всем людям. Это и есть самый верный настрой ума. Такой путь к достижению цели может оказаться не самым простым и быстрым, он может быть чреват множеством препятствий. Но все же, с самого начала нам следует принять именно такое отношение ко всему, что мы совершаем. Однако ошибочно полагать, что одного лишь доброго намерения без настойчивых усилий будет достаточно, чтобы заручиться всеобщей поддержкой и с легкостью осуществить задуманное.

Мир, увы, не совершенен; в нем действует множество негативных сил. Тридцать три года я говорю своим братьям, тибетцам, что нам нужно надеяться на лучшее, но в то же время, не теряя оптимизма, готовиться к худшему.

Оптимистический настрой ― это ключ к успеху. Сложно достичь даже небольших целей, если вы с самого начала настроены пессимистично. Именно поэтому важно всегда сохранять оптимизм.

Как я упоминал ранее, многие формы человеческой деятельности ― такие как религия, политика, развитие технологий, наука и право ― призваны улучшить жизнь всего человечества, сделать его счастливее. Исходя из опыта прошлого, многие люди думают, что политика ― дело грязное. Это неверное представление. Нравится нам это или нет, но в демократической стране для претворения в жизнь демократических идей необходимы политические партии. Самоустраниться от политики с единственной целью критиковать, жаловаться и возмущаться ― не самое мудрое решение.

Злоупотребления случаются и в религиозной сфере. Порой неприглядные поступки совершаются во имя блага человечества, блага самой религии. Как можно что-то изменить, стоя в стороне? Если вы только критикуете, значительного эффекта это не принесет. Идите и попытайтесь изменить ситуацию изнутри. Так нужно действовать.

Я бы хотел сказать несколько теплых слов о работе неправительственных организаций. Каждый отдельный человек несет ответственность за процветание и благополучие всего человечества и самой планеты, потому что эта планета ― наш единственный дом, у нас нет другого убежища. А значит, каждый должен заботиться не только о своих собратьях, но также о насекомых, растениях, крупных животных и обо всей планете в целом.

Инициатива должна исходить от самих людей. Но для того чтобы добиться изменений, необходимы скоординированные усилия многих людей, объединенных в различные организации. Поэтому организации играют важную роль. Думаю, что действия на правительственном уровне не всегда соответствуют ожиданиям. Виной тому могут быть различные политические причины, а иногда и то, что политические деятели озабочены лишь тем, чтобы их избрали на следующий срок.

Неправительственные организации как раз обладают большими возможностями и свободой действия. Во многих областях они могут сделать гораздо больше, они могут подавать свежие идеи, предлагать и испытывать различные варианты действий. Они могут быть первопроходцами. Если неправительственная организация добьется значительных результатов, то правительство может взять ее опыт на вооружение и распространить его. Такие примеры уже есть. Так что, неправительственные организации обладают уникальными возможностями. Они уже внесли большой вклад в развитие человечества и планеты, и я надеюсь, что у них будет возможность продолжать свою замечательную деятельность, пользуясь всесторонней поддержкой и опираясь на собственную уверенность и решимость.

Существующее сегодня разделение между Востоком и Западом особенно заметно в экономической сфере. Из-за этого более богатые государства рано или поздно столкнутся с трудностями. Поэтому надо найти способ, как сократить экономический разрыв. Богатые и бедные должны вести искренний диалог в интересах всего мира, а не только своей страны или своего континента. Ведь это наши общие интересы, наше общее будущее. Если одна сторона станет занимать оборонительную позицию, а другая ― только жаловаться или критиковать, то это не приведет ни к каким результатам. Нужно собраться вместе и начать рассуждать в терминах единого мира, к которому принадлежим мы все. С таким отношением можно достичь многого.

Говоря о разнице в уровне жизни бедных и богатых стран, не следует забывать и о проблемах в собственной стране. В некоторых государствах, таких как Индия или Бразилия, также наблюдается большой разрыв между богатыми и бедными. Там складывается очень бедственное положение. Ситуация может стать опасной и даже критической.

Сегодня осталась только одна сверхдержава. Когда в прошлом году я возвращался из Европы в Индию, это было как раз время после распада советского коммунистического блока, со мной в самолете летел высокопоставленный чиновник одной из африканских стран. В аэропорту Дели мы с ним разговорились. Я сказал ему, что последние события в мире очень обнадеживают, потому что исчезла опасность ядерной войны. Я ожидал, что он поддержит мой оптимизм. Но вместо этого он сказал, что раньше было две сверхдержавы, и страны третьего мира могли лавировать между ними. Теперь же, с распадом одной из них, осталась одна сверхдержава, и будет больше причин для страха и беспокойства.

У нас нет уверенности в нашем будущем. И это довольно печально. Причина такой неуверенности в завтрашнем дне не в американской системе демократии и свободы, но в первую очередь в вооруженных силах США. Возможно также, что в этом есть и экономическая подоплека.

Вскоре после войны в Персидском заливе я дал обет всю оставшуюся жизнь посвятить делу разоружения нашей планеты.

Вчера я слышал по Би-Би-Си, что примерно 18 миллионов людей в Африке находятся на грани голодной смерти. Конечно, основная причина ― это засуха, но есть и другая ― гражданская война, разгоревшаяся за последние годы. Огромные деньги были потрачены на закупку оружия в ущерб интересам сельского хозяйства. Все эти нежелательные последствия, в конечном итоге, связаны с вооружением. Вооруженные силы и войны ― это часть человеческой истории. Но мне кажется, сегодня все изменилось, и теперь мы должны прийти к новому образу мышления. Ведь у нас есть замечательный человеческий ум, который совсем не предназначен для разрушения. Будет большим несчастьем, если мы станем употреблять свои умственные способности только для разрушения.

Однажды я сказал, что считаю самым большим несчастьем XX века октябрьскую революцию в России. Потому что во время самой революции и после нее, для сохранения нового государства, было пролито столько крови. Мне лично близка теория Маркса, но то, как идеи марксизма были воплощены в реальность, вселяет ужас.

В определенные исторические периоды оружие, и в частности ядерное, приносило определенную пользу, поскольку играло сдерживающую роль. Но теперь рухнула Берлинская стена, и советская коммунистическая империя тоже распалась. Остался только один коммунистический Китай. Сегодня больше нет опасности коммунизма, поэтому, я считаю, что ядерное оружие уже сделало свое дело. Пришло время сказать "прощай" этому ужасному средству массового уничтожения. Оно нам больше не нужно.

Когда человек серьезно заболевает, ему необходимы лекарства, некоторые из которых могут даже содержать яд. Но как только больной излечился, ядовитые лекарства нужно выбросить из дома. Хранить их очень опасно.

Сейчас как раз подходящее время, чтобы избавиться от опасного оружия, и нам следует об этом серьезно задуматься. Во-первых, необходимо устранить ядерное и биологическое оружие. Со временем мы должны пересмотреть и саму концепцию войн и вооруженных сил. Недавнее предложение Китая полностью запретить ядерное оружие очень своевременно; другой вопрос, насколько они серьезны в своем намерении. Китайцы недавно провели ядерные испытания, и это пугает.

В одном из интервью на немецком телевидении мне передали записку со следующим вопросом: "Почему у западных людей такой сильный страх смерти, а у восточных его совсем нет?". Я ответил, что не согласен с автором вопроса. Вы, западные люди, любите войну. Вам нравится это ужасающее оружие, которое убивает, а война ― это смерть, причем настоящая смерть. Похоже, у вас совсем нет страха смерти! Мы, тибетцы, в свое время с неодобрением смотрели на солдат и вообще военных. А это означает, что у нас даже больше страха смерти, чем у вас!

Я полагаю, что сама концепция создания оборонительных вооруженных сил ошибочна. Любые вооруженные силы ― это наиболее серьезное нарушение прав человека, причем легализованное. Конечно, среди пяти миллиардов людей обязательно найдутся злонамеренные личности. В мире будущего никогда не появится общество, идеальное на сто процентов. Поэтому средства противодействия тоже нужны. Во время войны в Персидском заливе главная инициатива исходила от Америки. Из-за напряженной обстановки в мире уже сложилась система объединенных вооруженных сил. В будущем большие и малые государства должны будут на равных участвовать в создании единой полиции или вооруженных сил. Руководство объединенными силами должно будет осуществляться коллективно, на международной основе. Такие силы могут быть задействованы где угодно. Если мы создадим такую систему, то гражданских войн и жестоких конфликтов между государствами больше не будет. С другой стороны, мы сэкономим много денег и избежим серьезных разрушений. Чувство страха в мире уменьшится.

Но даже если мы предпримем все возможные меры для защиты нашей планеты, этого все равно будет недостаточно из-за роста численности населения. Ученые полагают, что существует реальная угроза перенаселения мира, и это также вызывает серьезные опасения.

Как буддийский монах я считаю, что жизнь каждого человека ― настоящая драгоценность. С этой точки зрения неуместно говорить о мерах контроля рождаемости. Но если посмотреть в целом, то становится очевидным, что вскоре из-за перенаселённости наша планета просто не сможет обеспечить потребности всех людей. Так что, речь не об одном человеке или горстке людей, но о страдании всего человечества, всех форм жизни. Поэтому, с буддийской точки зрения, необходимо все обдумать и выработать меры контроля рождаемости.

Перевод Дмитрия Петренко

Запись выступления на «Парламентском саммите Земли» (Глобальном форуме) в рамках конференции Организации Объединенных Наций по охране окружающей среды и развитию (UNCED). 6 июня 1992, Рио-де-Жанейро, Бразилия.
]]> [/yandexrss][shortrss] Далай-лама: мыслить глобально ― наша общая задача https://dalailama.ru/messages/564-dalaj-lama-myslit-globalno-8213-nasha-obshhaya-zadacha.html https://dalailama.ru/messages/564-dalaj-lama-myslit-globalno-8213-nasha-obshhaya-zadacha.html Чтобы противостоять пагубным проявлениям человеческой деятельности, нам следует развивать в себе осознание того факта, что все мы связаны и зависим друг от друга. Всякое существо желает счастья и не желает боли. То есть всем нам присущи одни и те же основные чувства.
Даже взятый в отдельности, любой из этих разрушительных процессов представляет серьезную угрозу, а вместе они наносят просто сокрушительный урон. В течение одного лишь 20 века население нашей планеты увеличилось в три раза, и предполагается, что в 21 веке оно еще удвоится или даже утроится. Мировая экономика может вырасти в 5-10 раз, а вместе с ней и масштабы потребления энергии, выброса углекислого газа и вырубки лесов. Трудно даже представить себе то, что в действительности происходит рядом с нами сейчас и будет происходить потом, при жизни наших детей. Еще никогда, за всю историю человечества, не стояла перед нами так остро необходимость серьезно задуматься о вероятной перспективе всеобщего страдания на Земле и уничтожения ее естественной среды.

Но я думаю, что здесь есть и положительная сторона, ― ведь ясно, что теперь мы все вместе должны искать новые пути выживания на планете. В 20 веке мы были свидетелями многих войн, страданий, нищеты и увечий, наносимых природе. А согласно буддийскому учению, такие вещи являются следствием неведения и эгоистичных поступков, и результатом того, что мы не замечаем глубинной связи, существующей между всеми живыми существами. Земля посылает нам предупреждения и явные знаки, говорящие о серьезных негативных последствиях неправильного поведения человека.

Чтобы противостоять пагубным проявлениям человеческой деятельности, нам следует развивать в себе осознание того факта, что все мы связаны и зависим друг от друга. Всякое существо желает счастья и не желает боли. То есть всем нам присущи одни и те же основные чувства. Чтобы помочь Земле и друг другу, мы можем развить в себе стремление к правильным поступкам, мотивы которых будут более продуктивны. В этой связи я всегда подчеркиваю, насколько важно воспитывать в людях истинное чувство всеобщей ответственности. Когда наши поступки мотивированы мудростью и состраданием, они приносят пользу всем существам, а не только нам одним и не только ради сиюминутной выгоды. А когда мы приобретаем способность осознавать и прощать ошибки прошлого, продиктованные неведением, мы получаем также силу для того, чтобы конструктивно решать проблемы настоящего.

С таким отношением мы должны подходить и к природе в целом. И основной принцип здесь ― стараться помочь, если есть возможность, а если такой возможности нет, то хотя бы не причинять вреда. Этим принципом очень правильно руководствоваться и в данной ситуации, когда нам столько еще предстоит понять о сложных взаимосвязях между такими разными и уникальными экосистемами. Земля ― наш дом, наша мать. Нам следует уважать ее и заботиться о ней. Сейчас это уже очевидно.

Для того чтобы мы могли позаботиться о себе, о каждом уголке нашей Земли, о жизни на ней, а также обо всех будущих поколениях, нам необходимы знания. То есть образование в области окружающей среды имеет огромную важность для каждого человека. Научные знания и технический прогресс необходимы для улучшения качества жизни в современном мире. И тем важнее становится стремление лучше знать и понимать наше естественное окружение, а также нас самих ― одинаково как детям, так и взрослым. Если мы способны по-настоящему понимать другое существо и воздерживаться от поступков, продиктованных неведением, тогда мы сможем позаботиться о Земле.

В самом широком смысле, понимание окружающей среды подразумевает умение вести сбалансированный, гармоничный образ жизни. Все религии соглашаются с тем, что невозможно обрести чувство устойчивого внутреннего удовлетворения, опираясь лишь на эгоистические желания и материальные удобства. И даже если бы мы могли его обрести, на Земле сейчас живет так много людей, что она не сможет долго нас поддерживать. Я думаю, что для нас гораздо лучший выход ― это учиться радоваться простому покою ума. Мы можем жить и заботиться о Земле вместе, сообща, вместо того, чтобы пытаться завладеть ею, уничтожая при этом всю красоту жизни.

В таких древних культурах, которые смогли приспособиться к своему естественному окружению, есть свои уникальные решения относительно того, как строить человеческое общество, чтобы оно существовало в гармонии с природой. Например, тибетцы обладают особыми знаниями и навыками жизни на Гималайском плато. Результатом этих знаний стала долгая история цивилизации, которая старалась не подавлять и не разрушать его хрупкую экосистему. Тибетцы издавна ценили присутствие диких животных как символ свободы. Глубокое почтение к природе отражено во многих тибетских искусствах и обрядах. Несмотря на ограниченный материальный рост, тибетцы активно развивались духовно. И так же как в случае с биологическими видами, которые могут не выдержать резких перемен в окружающей среде, для сохранения [древних] культур необходимо внимание и бережное отношение. Таким образом, глубоко размышляя о путях развития человечества и сохранении его культурного наследия, мы учимся заботиться и об окружающей среде.

Я постоянно пытаюсь передать людям мысль о том, насколько это ценно ― иметь доброе сердце. Эту простую черту человеческой природы можно превратить в огромную силу. Имея доброе сердце и мудрость, вы автоматически обретаете правильную мотивацию и желание делать то, что необходимо. Если в своих поступках люди начнут руководствоваться подлинным состраданием, тогда мы сможем спасти и себя самих, и окружающую среду. И сделать это будет гораздо легче, нежели приспособиться к суровым и непонятным условиям, которые прогнозируется на будущее.

При ближайшем рассмотрении оказывается, что человеческий ум, человеческое сердце и окружающая среда неразрывно связаны между собой. В этом смысле изучение сооружающей среды ведет к зарождению в людях понимания и любви, благодаря которым мы сможем создать наилучшую основу для мирного сосуществования.

Reprinted from EPA Journal: A Magazine on National and Global Environmental Perspectives, Published by the United States Environmental Protection Agency, Washington D. C, September/October 1991, vol. 17, Number 4.

Перевод Марии Дрюковой]]> Выступления и тексты, Общество Editor Mon, 11 Apr 2011 09:22:03 +0400 [/shortrss] [fullrss] Далай-лама: мыслить глобально ― наша общая задача https://dalailama.ru/messages/564-dalaj-lama-myslit-globalno-8213-nasha-obshhaya-zadacha.html https://dalailama.ru/messages/564-dalaj-lama-myslit-globalno-8213-nasha-obshhaya-zadacha.html
Даже взятый в отдельности, любой из этих разрушительных процессов представляет серьезную угрозу, а вместе они наносят просто сокрушительный урон. В течение одного лишь 20 века население нашей планеты увеличилось в три раза, и предполагается, что в 21 веке оно еще удвоится или даже утроится. Мировая экономика может вырасти в 5-10 раз, а вместе с ней и масштабы потребления энергии, выброса углекислого газа и вырубки лесов. Трудно даже представить себе то, что в действительности происходит рядом с нами сейчас и будет происходить потом, при жизни наших детей. Еще никогда, за всю историю человечества, не стояла перед нами так остро необходимость серьезно задуматься о вероятной перспективе всеобщего страдания на Земле и уничтожения ее естественной среды.

Но я думаю, что здесь есть и положительная сторона, ― ведь ясно, что теперь мы все вместе должны искать новые пути выживания на планете. В 20 веке мы были свидетелями многих войн, страданий, нищеты и увечий, наносимых природе. А согласно буддийскому учению, такие вещи являются следствием неведения и эгоистичных поступков, и результатом того, что мы не замечаем глубинной связи, существующей между всеми живыми существами. Земля посылает нам предупреждения и явные знаки, говорящие о серьезных негативных последствиях неправильного поведения человека.

Чтобы противостоять пагубным проявлениям человеческой деятельности, нам следует развивать в себе осознание того факта, что все мы связаны и зависим друг от друга. Всякое существо желает счастья и не желает боли. То есть всем нам присущи одни и те же основные чувства. Чтобы помочь Земле и друг другу, мы можем развить в себе стремление к правильным поступкам, мотивы которых будут более продуктивны. В этой связи я всегда подчеркиваю, насколько важно воспитывать в людях истинное чувство всеобщей ответственности. Когда наши поступки мотивированы мудростью и состраданием, они приносят пользу всем существам, а не только нам одним и не только ради сиюминутной выгоды. А когда мы приобретаем способность осознавать и прощать ошибки прошлого, продиктованные неведением, мы получаем также силу для того, чтобы конструктивно решать проблемы настоящего.

С таким отношением мы должны подходить и к природе в целом. И основной принцип здесь ― стараться помочь, если есть возможность, а если такой возможности нет, то хотя бы не причинять вреда. Этим принципом очень правильно руководствоваться и в данной ситуации, когда нам столько еще предстоит понять о сложных взаимосвязях между такими разными и уникальными экосистемами. Земля ― наш дом, наша мать. Нам следует уважать ее и заботиться о ней. Сейчас это уже очевидно.

Для того чтобы мы могли позаботиться о себе, о каждом уголке нашей Земли, о жизни на ней, а также обо всех будущих поколениях, нам необходимы знания. То есть образование в области окружающей среды имеет огромную важность для каждого человека. Научные знания и технический прогресс необходимы для улучшения качества жизни в современном мире. И тем важнее становится стремление лучше знать и понимать наше естественное окружение, а также нас самих ― одинаково как детям, так и взрослым. Если мы способны по-настоящему понимать другое существо и воздерживаться от поступков, продиктованных неведением, тогда мы сможем позаботиться о Земле.

В самом широком смысле, понимание окружающей среды подразумевает умение вести сбалансированный, гармоничный образ жизни. Все религии соглашаются с тем, что невозможно обрести чувство устойчивого внутреннего удовлетворения, опираясь лишь на эгоистические желания и материальные удобства. И даже если бы мы могли его обрести, на Земле сейчас живет так много людей, что она не сможет долго нас поддерживать. Я думаю, что для нас гораздо лучший выход ― это учиться радоваться простому покою ума. Мы можем жить и заботиться о Земле вместе, сообща, вместо того, чтобы пытаться завладеть ею, уничтожая при этом всю красоту жизни.

В таких древних культурах, которые смогли приспособиться к своему естественному окружению, есть свои уникальные решения относительно того, как строить человеческое общество, чтобы оно существовало в гармонии с природой. Например, тибетцы обладают особыми знаниями и навыками жизни на Гималайском плато. Результатом этих знаний стала долгая история цивилизации, которая старалась не подавлять и не разрушать его хрупкую экосистему. Тибетцы издавна ценили присутствие диких животных как символ свободы. Глубокое почтение к природе отражено во многих тибетских искусствах и обрядах. Несмотря на ограниченный материальный рост, тибетцы активно развивались духовно. И так же как в случае с биологическими видами, которые могут не выдержать резких перемен в окружающей среде, для сохранения [древних] культур необходимо внимание и бережное отношение. Таким образом, глубоко размышляя о путях развития человечества и сохранении его культурного наследия, мы учимся заботиться и об окружающей среде.

Я постоянно пытаюсь передать людям мысль о том, насколько это ценно ― иметь доброе сердце. Эту простую черту человеческой природы можно превратить в огромную силу. Имея доброе сердце и мудрость, вы автоматически обретаете правильную мотивацию и желание делать то, что необходимо. Если в своих поступках люди начнут руководствоваться подлинным состраданием, тогда мы сможем спасти и себя самих, и окружающую среду. И сделать это будет гораздо легче, нежели приспособиться к суровым и непонятным условиям, которые прогнозируется на будущее.

При ближайшем рассмотрении оказывается, что человеческий ум, человеческое сердце и окружающая среда неразрывно связаны между собой. В этом смысле изучение сооружающей среды ведет к зарождению в людях понимания и любви, благодаря которым мы сможем создать наилучшую основу для мирного сосуществования.

Reprinted from EPA Journal: A Magazine on National and Global Environmental Perspectives, Published by the United States Environmental Protection Agency, Washington D. C, September/October 1991, vol. 17, Number 4.

Перевод Марии Дрюковой]]> Editor Mon, 11 Apr 2011 09:22:03 +0400 [/fullrss] [yandexrss] Далай-лама: мыслить глобально ― наша общая задача https://dalailama.ru/messages/564-dalaj-lama-myslit-globalno-8213-nasha-obshhaya-zadacha.html Чтобы противостоять пагубным проявлениям человеческой деятельности, нам следует развивать в себе осознание того факта, что все мы связаны и зависим друг от друга. Всякое существо желает счастья и не желает боли. То есть всем нам присущи одни и те же основные чувства. Выступления и тексты, Общество Mon, 11 Apr 2011 09:22:03 +0400

Детальные научные прогнозы относительно изменений окружающей среды обычному человеку могут показаться довольно сложными для понимания. И тем не менее, мы постоянно получаем новости о потеплении климата, о повышении уровня океанов, увеличении числа случаев заболевания раком, стремительном росте населения, истощении природных ресурсов и исчезновении видов. Повсеместно человеческая деятельность ведет к стремительному разрушению базовых элементов природных экосистем, от которых зависит жизнь всех существ.

Даже взятый в отдельности, любой из этих разрушительных процессов представляет серьезную угрозу, а вместе они наносят просто сокрушительный урон. В течение одного лишь 20 века население нашей планеты увеличилось в три раза, и предполагается, что в 21 веке оно еще удвоится или даже утроится. Мировая экономика может вырасти в 5-10 раз, а вместе с ней и масштабы потребления энергии, выброса углекислого газа и вырубки лесов. Трудно даже представить себе то, что в действительности происходит рядом с нами сейчас и будет происходить потом, при жизни наших детей. Еще никогда, за всю историю человечества, не стояла перед нами так остро необходимость серьезно задуматься о вероятной перспективе всеобщего страдания на Земле и уничтожения ее естественной среды.

Но я думаю, что здесь есть и положительная сторона, ― ведь ясно, что теперь мы все вместе должны искать новые пути выживания на планете. В 20 веке мы были свидетелями многих войн, страданий, нищеты и увечий, наносимых природе. А согласно буддийскому учению, такие вещи являются следствием неведения и эгоистичных поступков, и результатом того, что мы не замечаем глубинной связи, существующей между всеми живыми существами. Земля посылает нам предупреждения и явные знаки, говорящие о серьезных негативных последствиях неправильного поведения человека.

Чтобы противостоять пагубным проявлениям человеческой деятельности, нам следует развивать в себе осознание того факта, что все мы связаны и зависим друг от друга. Всякое существо желает счастья и не желает боли. То есть всем нам присущи одни и те же основные чувства. Чтобы помочь Земле и друг другу, мы можем развить в себе стремление к правильным поступкам, мотивы которых будут более продуктивны. В этой связи я всегда подчеркиваю, насколько важно воспитывать в людях истинное чувство всеобщей ответственности. Когда наши поступки мотивированы мудростью и состраданием, они приносят пользу всем существам, а не только нам одним и не только ради сиюминутной выгоды. А когда мы приобретаем способность осознавать и прощать ошибки прошлого, продиктованные неведением, мы получаем также силу для того, чтобы конструктивно решать проблемы настоящего.

С таким отношением мы должны подходить и к природе в целом. И основной принцип здесь ― стараться помочь, если есть возможность, а если такой возможности нет, то хотя бы не причинять вреда. Этим принципом очень правильно руководствоваться и в данной ситуации, когда нам столько еще предстоит понять о сложных взаимосвязях между такими разными и уникальными экосистемами. Земля ― наш дом, наша мать. Нам следует уважать ее и заботиться о ней. Сейчас это уже очевидно.

Для того чтобы мы могли позаботиться о себе, о каждом уголке нашей Земли, о жизни на ней, а также обо всех будущих поколениях, нам необходимы знания. То есть образование в области окружающей среды имеет огромную важность для каждого человека. Научные знания и технический прогресс необходимы для улучшения качества жизни в современном мире. И тем важнее становится стремление лучше знать и понимать наше естественное окружение, а также нас самих ― одинаково как детям, так и взрослым. Если мы способны по-настоящему понимать другое существо и воздерживаться от поступков, продиктованных неведением, тогда мы сможем позаботиться о Земле.

В самом широком смысле, понимание окружающей среды подразумевает умение вести сбалансированный, гармоничный образ жизни. Все религии соглашаются с тем, что невозможно обрести чувство устойчивого внутреннего удовлетворения, опираясь лишь на эгоистические желания и материальные удобства. И даже если бы мы могли его обрести, на Земле сейчас живет так много людей, что она не сможет долго нас поддерживать. Я думаю, что для нас гораздо лучший выход ― это учиться радоваться простому покою ума. Мы можем жить и заботиться о Земле вместе, сообща, вместо того, чтобы пытаться завладеть ею, уничтожая при этом всю красоту жизни.

В таких древних культурах, которые смогли приспособиться к своему естественному окружению, есть свои уникальные решения относительно того, как строить человеческое общество, чтобы оно существовало в гармонии с природой. Например, тибетцы обладают особыми знаниями и навыками жизни на Гималайском плато. Результатом этих знаний стала долгая история цивилизации, которая старалась не подавлять и не разрушать его хрупкую экосистему. Тибетцы издавна ценили присутствие диких животных как символ свободы. Глубокое почтение к природе отражено во многих тибетских искусствах и обрядах. Несмотря на ограниченный материальный рост, тибетцы активно развивались духовно. И так же как в случае с биологическими видами, которые могут не выдержать резких перемен в окружающей среде, для сохранения [древних] культур необходимо внимание и бережное отношение. Таким образом, глубоко размышляя о путях развития человечества и сохранении его культурного наследия, мы учимся заботиться и об окружающей среде.

Я постоянно пытаюсь передать людям мысль о том, насколько это ценно ― иметь доброе сердце. Эту простую черту человеческой природы можно превратить в огромную силу. Имея доброе сердце и мудрость, вы автоматически обретаете правильную мотивацию и желание делать то, что необходимо. Если в своих поступках люди начнут руководствоваться подлинным состраданием, тогда мы сможем спасти и себя самих, и окружающую среду. И сделать это будет гораздо легче, нежели приспособиться к суровым и непонятным условиям, которые прогнозируется на будущее.

При ближайшем рассмотрении оказывается, что человеческий ум, человеческое сердце и окружающая среда неразрывно связаны между собой. В этом смысле изучение сооружающей среды ведет к зарождению в людях понимания и любви, благодаря которым мы сможем создать наилучшую основу для мирного сосуществования.

Reprinted from EPA Journal: A Magazine on National and Global Environmental Perspectives, Published by the United States Environmental Protection Agency, Washington D. C, September/October 1991, vol. 17, Number 4.

Перевод Марии Дрюковой

Даже взятый в отдельности, любой из этих разрушительных процессов представляет серьезную угрозу, а вместе они наносят просто сокрушительный урон. В течение одного лишь 20 века население нашей планеты увеличилось в три раза, и предполагается, что в 21 веке оно еще удвоится или даже утроится. Мировая экономика может вырасти в 5-10 раз, а вместе с ней и масштабы потребления энергии, выброса углекислого газа и вырубки лесов. Трудно даже представить себе то, что в действительности происходит рядом с нами сейчас и будет происходить потом, при жизни наших детей. Еще никогда, за всю историю человечества, не стояла перед нами так остро необходимость серьезно задуматься о вероятной перспективе всеобщего страдания на Земле и уничтожения ее естественной среды.

Но я думаю, что здесь есть и положительная сторона, ― ведь ясно, что теперь мы все вместе должны искать новые пути выживания на планете. В 20 веке мы были свидетелями многих войн, страданий, нищеты и увечий, наносимых природе. А согласно буддийскому учению, такие вещи являются следствием неведения и эгоистичных поступков, и результатом того, что мы не замечаем глубинной связи, существующей между всеми живыми существами. Земля посылает нам предупреждения и явные знаки, говорящие о серьезных негативных последствиях неправильного поведения человека.

Чтобы противостоять пагубным проявлениям человеческой деятельности, нам следует развивать в себе осознание того факта, что все мы связаны и зависим друг от друга. Всякое существо желает счастья и не желает боли. То есть всем нам присущи одни и те же основные чувства. Чтобы помочь Земле и друг другу, мы можем развить в себе стремление к правильным поступкам, мотивы которых будут более продуктивны. В этой связи я всегда подчеркиваю, насколько важно воспитывать в людях истинное чувство всеобщей ответственности. Когда наши поступки мотивированы мудростью и состраданием, они приносят пользу всем существам, а не только нам одним и не только ради сиюминутной выгоды. А когда мы приобретаем способность осознавать и прощать ошибки прошлого, продиктованные неведением, мы получаем также силу для того, чтобы конструктивно решать проблемы настоящего.

С таким отношением мы должны подходить и к природе в целом. И основной принцип здесь ― стараться помочь, если есть возможность, а если такой возможности нет, то хотя бы не причинять вреда. Этим принципом очень правильно руководствоваться и в данной ситуации, когда нам столько еще предстоит понять о сложных взаимосвязях между такими разными и уникальными экосистемами. Земля ― наш дом, наша мать. Нам следует уважать ее и заботиться о ней. Сейчас это уже очевидно.

Для того чтобы мы могли позаботиться о себе, о каждом уголке нашей Земли, о жизни на ней, а также обо всех будущих поколениях, нам необходимы знания. То есть образование в области окружающей среды имеет огромную важность для каждого человека. Научные знания и технический прогресс необходимы для улучшения качества жизни в современном мире. И тем важнее становится стремление лучше знать и понимать наше естественное окружение, а также нас самих ― одинаково как детям, так и взрослым. Если мы способны по-настоящему понимать другое существо и воздерживаться от поступков, продиктованных неведением, тогда мы сможем позаботиться о Земле.

В самом широком смысле, понимание окружающей среды подразумевает умение вести сбалансированный, гармоничный образ жизни. Все религии соглашаются с тем, что невозможно обрести чувство устойчивого внутреннего удовлетворения, опираясь лишь на эгоистические желания и материальные удобства. И даже если бы мы могли его обрести, на Земле сейчас живет так много людей, что она не сможет долго нас поддерживать. Я думаю, что для нас гораздо лучший выход ― это учиться радоваться простому покою ума. Мы можем жить и заботиться о Земле вместе, сообща, вместо того, чтобы пытаться завладеть ею, уничтожая при этом всю красоту жизни.

В таких древних культурах, которые смогли приспособиться к своему естественному окружению, есть свои уникальные решения относительно того, как строить человеческое общество, чтобы оно существовало в гармонии с природой. Например, тибетцы обладают особыми знаниями и навыками жизни на Гималайском плато. Результатом этих знаний стала долгая история цивилизации, которая старалась не подавлять и не разрушать его хрупкую экосистему. Тибетцы издавна ценили присутствие диких животных как символ свободы. Глубокое почтение к природе отражено во многих тибетских искусствах и обрядах. Несмотря на ограниченный материальный рост, тибетцы активно развивались духовно. И так же как в случае с биологическими видами, которые могут не выдержать резких перемен в окружающей среде, для сохранения [древних] культур необходимо внимание и бережное отношение. Таким образом, глубоко размышляя о путях развития человечества и сохранении его культурного наследия, мы учимся заботиться и об окружающей среде.

Я постоянно пытаюсь передать людям мысль о том, насколько это ценно ― иметь доброе сердце. Эту простую черту человеческой природы можно превратить в огромную силу. Имея доброе сердце и мудрость, вы автоматически обретаете правильную мотивацию и желание делать то, что необходимо. Если в своих поступках люди начнут руководствоваться подлинным состраданием, тогда мы сможем спасти и себя самих, и окружающую среду. И сделать это будет гораздо легче, нежели приспособиться к суровым и непонятным условиям, которые прогнозируется на будущее.

При ближайшем рассмотрении оказывается, что человеческий ум, человеческое сердце и окружающая среда неразрывно связаны между собой. В этом смысле изучение сооружающей среды ведет к зарождению в людях понимания и любви, благодаря которым мы сможем создать наилучшую основу для мирного сосуществования.

Reprinted from EPA Journal: A Magazine on National and Global Environmental Perspectives, Published by the United States Environmental Protection Agency, Washington D. C, September/October 1991, vol. 17, Number 4.

Перевод Марии Дрюковой]]> [/yandexrss][shortrss] Как победить стресс и депрессию? https://dalailama.ru/top/426-dalaj-lama-kak-pobedit-stress-i-depressiyu.html https://dalailama.ru/top/426-dalaj-lama-kak-pobedit-stress-i-depressiyu.html Эссе Его Святейшества Далай-ламы, опубликованное в газете Hindustan Times, India, 3 января, 2011

На самом глубоком уровне все мы, человеческие существа, одинаковы; каждый из нас стремится к счастью и каждый не хочет страдать. Вот почему всякий раз, когда мне выпадает такая возможность, я стараюсь обратить внимание людей на то, что роднит нас как членов одной семьи, человечества, и как глубоко взаимосвязаны мы друг с другом в своем существовании и стремлении к благоденствию.

Сегодня люди все чаще признают существование тесной связи между состояниями нашего ума и переживаемым счастьем, что подтверждается и растущим числом научных открытий. Многие из нас живут в обществе, весьма развитом в материальном отношении, и все же среди нас найдется немало людей не таких уж счастливых. За прекрасным фасадом богатства и процветания скрывается внутреннее беспокойство, ведущее к разочарованию, ненужным ссорам, зависимости от наркотиков и алкоголя, а в худшем случае и к самоубийству. Нет никакой гарантии, что богатство обязательно приведет вас к радости или самореализации, к которым вы стремитесь. То же самое можно сказать и о ваших друзьях. Когда вы во власти сильнейшего гнева и ненависти, то даже самый близкий друг покажется вам холодным, далеким и отталкивающим.

Однако мы, люди, наделены удивительным разумом. Помимо этого, все человеческие существа обладают способностью преисполняться особой решительности и выбирать точку приложения этой чрезвычайной решительности по собственному усмотрению. До тех пор пока мы помним о том, что у нас есть этот чудесный дар человеческого разума, а также способность преисполняться решительности и направлять ее в позитивное русло, мы сможем сохранить присущее нам изначально психическое здоровье. Осознание того, что мы обладаем этим величайшим потенциалом, придает нам силу. Само признание этого факта действует, как механизм, позволяющий справляться с любыми трудностями ― в какой бы ситуации мы ни оказались ― не теряя надежды и чувства собственного достоинства.

Ваш покорный слуга потерял свободу в шестнадцать лет, а в двадцать четыре года ― свою страну. Я живу в изгнании уже более полувека, и все это время мы, тибетцы, посвящаем себя сохранению присущей Тибету национальной самобытности, культуры и [духовных] ценностей. Почти каждый день из Тибета приходят вести, надрывающие сердце, и все же ни одна из них не заставит нас безвольно опустить руки. Сам я нахожу опору в следующем размышлении: если положение дел можно поправить, а проблему ― решить, то незачем волноваться. Другими словами, если из трудной ситуации есть выход, то не стоит терять равновесия. Следует предпринять правильные действия, а именно поискать выход, решение. Совершенно очевидно, что направить свою энергию на поиск решения проблемы куда разумнее, чем на беспокойные мысли.

С другой стороны, если выхода нет, если нет никакой возможности найти решение, то волноваться по этому поводу тоже бессмысленно, ведь все равно ничего уже не поделать. В этом случае, чем быстрее вы смиритесь со случившимся, тем будет лучше для вас. Такой подход, естественно, подразумевает, что вы смотрите проблеме прямо в глаза и стараетесь непредвзято оценить ситуацию. А иначе вы не сумеете выяснить, есть ли решение у проблемы или же нет.

Непредвзятая оценка и правильная мотивация могут также оградить вас от страха и беспокойства. Если вы взрастите чистое и искреннее намерение, если будете движимы желанием помочь из доброты, сострадания и уважения, то тогда сможете выполнить любую работу в любой сфере. Ваши действия будут куда эффективнее без страхов и тревог, без оглядки на других и беспокойства о том, сумеете ли вы в конце концов достичь своей цели. И даже если на пути к своей цели вы потрепите неудачу, вам будет хорошо на душе от того, что вы приложили усилие. А если у вас дурные намерения, то пусть даже другие станут превозносить вас или вы достигните своей цели, вы все равно будете несчастны.

Конечно, порой нам может казаться, что вся наша жизнь никуда не годится, что нам не под силу справиться с трудностями, выпадающими на нашу долю. Каждого из нас временами посещают такие мысли, овладевая нами в большей или меньшей степени. Когда такое случается, крайне важно изыскать способ поднять себе дух. Это можно сделать, подумав о том, как нам повезло. Быть может, есть человек, который нас очень любит; или у нас есть какие-то таланты; быть может, мы получили хорошее образование; или у нас есть вещи первой необходимости ― еда, чтобы наполнить желудок, одежда, чтобы прикрыть свое тело, и крыша над головой; а может быть, в прошлом мы совершали поступки, исполненные альтруизма. Нужно принимать во внимание даже самый незначительный позитивный аспект своей жизни. Ибо, если мы не сумеем поднять себе дух, то велика опасность, что мы будем и дальше скатываться в бездну беспомощности. А это может привести нас к утрате веры в то, что мы вообще способны на что-то хорошее. Поступая так, мы подготовим себе почву для отчаяния.

Будучи буддийским монахом, я знаю, что главными нарушителями нашего внутреннего покоя являются так называемые «омрачающие эмоции». Все эти мысли, эмоции и ментальные состояния, которые суть отражение негативного внутреннего настроя и отсутствия сострадания, неизбежно лишают нас умиротворения. Все наши негативные мысли и эмоции ― ненависть, гнев, гордыня, вожделение, зависть и другие ― считаются источником переживаемых нами трудностей, нарушителями спокойствия. Негативные мысли и эмоции мешают нам осуществить наши самые глубокие устремления ― быть счастливыми и избегать страданий. Совершая поступки под их влиянием, мы не отдаем себе ни малейшего отчета в том, какое воздействие они могут оказать на других людей. Они подталкивают нас к разрушительным действиям, дурно сказывающимся как на других, так и на нас самих. Убийства, скандалы, обман ― все эти негативные действия начинаются с омрачающих эмоций.

Это неизбежно приводит нас к вопросу ― а можно ли воспитать свой ум? Есть немало подобных методов в разных традициях. В буддийской, например, существуют особые наставления по «тренировке ума», где особый упор делается на развитии заботы о других и способности преобразовать неблагоприятное стечение обстоятельств в благоприятное. Именно такой образ мыслей, трансформирующий проблемы в счастье, помог тибетскому народу сохранить чувство собственного достоинства и присутствие духа перед лицом колоссальных трудностей. Мне лично эти наставления принесли огромную практическую пользу.

Один великий тибетский наставник по «тренировке ума» как-то заметил, что самое удивительное качество ума заключается в том, что его можно преобразовать. У меня нет сомнений в том, что те, кто предпримет попытки преобразовать свой ум, победить омрачающие эмоции и достичь внутреннего покоя, с течением времени непременно увидят перемену в своем отношении к жизни и реакции на людей и события. Их ум станет более дисциплинированным и позитивным. И, уверен, они заметят, что, принося счастье другим, они сами становятся счастливее.

Я молюсь о том, чтобы всякий, кто сделает эту [тренировку] своею целью, ощутил благословение и пришел к удачному ее завершению.

Далай-лама

31 декабря 2010
Опубликовано в газете Hindustan Times, India, 3 января, 2011

Перевод Юлии Жиронкиной]]> Топ, Общество Editor Thu, 06 Jan 2011 12:40:11 +0300 [/shortrss] [fullrss] Как победить стресс и депрессию? https://dalailama.ru/top/426-dalaj-lama-kak-pobedit-stress-i-depressiyu.html https://dalailama.ru/top/426-dalaj-lama-kak-pobedit-stress-i-depressiyu.html

На самом глубоком уровне все мы, человеческие существа, одинаковы; каждый из нас стремится к счастью и каждый не хочет страдать. Вот почему всякий раз, когда мне выпадает такая возможность, я стараюсь обратить внимание людей на то, что роднит нас как членов одной семьи, человечества, и как глубоко взаимосвязаны мы друг с другом в своем существовании и стремлении к благоденствию.

Сегодня люди все чаще признают существование тесной связи между состояниями нашего ума и переживаемым счастьем, что подтверждается и растущим числом научных открытий. Многие из нас живут в обществе, весьма развитом в материальном отношении, и все же среди нас найдется немало людей не таких уж счастливых. За прекрасным фасадом богатства и процветания скрывается внутреннее беспокойство, ведущее к разочарованию, ненужным ссорам, зависимости от наркотиков и алкоголя, а в худшем случае и к самоубийству. Нет никакой гарантии, что богатство обязательно приведет вас к радости или самореализации, к которым вы стремитесь. То же самое можно сказать и о ваших друзьях. Когда вы во власти сильнейшего гнева и ненависти, то даже самый близкий друг покажется вам холодным, далеким и отталкивающим.

Однако мы, люди, наделены удивительным разумом. Помимо этого, все человеческие существа обладают способностью преисполняться особой решительности и выбирать точку приложения этой чрезвычайной решительности по собственному усмотрению. До тех пор пока мы помним о том, что у нас есть этот чудесный дар человеческого разума, а также способность преисполняться решительности и направлять ее в позитивное русло, мы сможем сохранить присущее нам изначально психическое здоровье. Осознание того, что мы обладаем этим величайшим потенциалом, придает нам силу. Само признание этого факта действует, как механизм, позволяющий справляться с любыми трудностями ― в какой бы ситуации мы ни оказались ― не теряя надежды и чувства собственного достоинства.

Ваш покорный слуга потерял свободу в шестнадцать лет, а в двадцать четыре года ― свою страну. Я живу в изгнании уже более полувека, и все это время мы, тибетцы, посвящаем себя сохранению присущей Тибету национальной самобытности, культуры и [духовных] ценностей. Почти каждый день из Тибета приходят вести, надрывающие сердце, и все же ни одна из них не заставит нас безвольно опустить руки. Сам я нахожу опору в следующем размышлении: если положение дел можно поправить, а проблему ― решить, то незачем волноваться. Другими словами, если из трудной ситуации есть выход, то не стоит терять равновесия. Следует предпринять правильные действия, а именно поискать выход, решение. Совершенно очевидно, что направить свою энергию на поиск решения проблемы куда разумнее, чем на беспокойные мысли.

С другой стороны, если выхода нет, если нет никакой возможности найти решение, то волноваться по этому поводу тоже бессмысленно, ведь все равно ничего уже не поделать. В этом случае, чем быстрее вы смиритесь со случившимся, тем будет лучше для вас. Такой подход, естественно, подразумевает, что вы смотрите проблеме прямо в глаза и стараетесь непредвзято оценить ситуацию. А иначе вы не сумеете выяснить, есть ли решение у проблемы или же нет.

Непредвзятая оценка и правильная мотивация могут также оградить вас от страха и беспокойства. Если вы взрастите чистое и искреннее намерение, если будете движимы желанием помочь из доброты, сострадания и уважения, то тогда сможете выполнить любую работу в любой сфере. Ваши действия будут куда эффективнее без страхов и тревог, без оглядки на других и беспокойства о том, сумеете ли вы в конце концов достичь своей цели. И даже если на пути к своей цели вы потрепите неудачу, вам будет хорошо на душе от того, что вы приложили усилие. А если у вас дурные намерения, то пусть даже другие станут превозносить вас или вы достигните своей цели, вы все равно будете несчастны.

Конечно, порой нам может казаться, что вся наша жизнь никуда не годится, что нам не под силу справиться с трудностями, выпадающими на нашу долю. Каждого из нас временами посещают такие мысли, овладевая нами в большей или меньшей степени. Когда такое случается, крайне важно изыскать способ поднять себе дух. Это можно сделать, подумав о том, как нам повезло. Быть может, есть человек, который нас очень любит; или у нас есть какие-то таланты; быть может, мы получили хорошее образование; или у нас есть вещи первой необходимости ― еда, чтобы наполнить желудок, одежда, чтобы прикрыть свое тело, и крыша над головой; а может быть, в прошлом мы совершали поступки, исполненные альтруизма. Нужно принимать во внимание даже самый незначительный позитивный аспект своей жизни. Ибо, если мы не сумеем поднять себе дух, то велика опасность, что мы будем и дальше скатываться в бездну беспомощности. А это может привести нас к утрате веры в то, что мы вообще способны на что-то хорошее. Поступая так, мы подготовим себе почву для отчаяния.

Будучи буддийским монахом, я знаю, что главными нарушителями нашего внутреннего покоя являются так называемые «омрачающие эмоции». Все эти мысли, эмоции и ментальные состояния, которые суть отражение негативного внутреннего настроя и отсутствия сострадания, неизбежно лишают нас умиротворения. Все наши негативные мысли и эмоции ― ненависть, гнев, гордыня, вожделение, зависть и другие ― считаются источником переживаемых нами трудностей, нарушителями спокойствия. Негативные мысли и эмоции мешают нам осуществить наши самые глубокие устремления ― быть счастливыми и избегать страданий. Совершая поступки под их влиянием, мы не отдаем себе ни малейшего отчета в том, какое воздействие они могут оказать на других людей. Они подталкивают нас к разрушительным действиям, дурно сказывающимся как на других, так и на нас самих. Убийства, скандалы, обман ― все эти негативные действия начинаются с омрачающих эмоций.

Это неизбежно приводит нас к вопросу ― а можно ли воспитать свой ум? Есть немало подобных методов в разных традициях. В буддийской, например, существуют особые наставления по «тренировке ума», где особый упор делается на развитии заботы о других и способности преобразовать неблагоприятное стечение обстоятельств в благоприятное. Именно такой образ мыслей, трансформирующий проблемы в счастье, помог тибетскому народу сохранить чувство собственного достоинства и присутствие духа перед лицом колоссальных трудностей. Мне лично эти наставления принесли огромную практическую пользу.

Один великий тибетский наставник по «тренировке ума» как-то заметил, что самое удивительное качество ума заключается в том, что его можно преобразовать. У меня нет сомнений в том, что те, кто предпримет попытки преобразовать свой ум, победить омрачающие эмоции и достичь внутреннего покоя, с течением времени непременно увидят перемену в своем отношении к жизни и реакции на людей и события. Их ум станет более дисциплинированным и позитивным. И, уверен, они заметят, что, принося счастье другим, они сами становятся счастливее.

Я молюсь о том, чтобы всякий, кто сделает эту [тренировку] своею целью, ощутил благословение и пришел к удачному ее завершению.

Далай-лама

31 декабря 2010
Опубликовано в газете Hindustan Times, India, 3 января, 2011

Перевод Юлии Жиронкиной]]> Editor Thu, 06 Jan 2011 12:40:11 +0300 [/fullrss] [yandexrss] Как победить стресс и депрессию? https://dalailama.ru/top/426-dalaj-lama-kak-pobedit-stress-i-depressiyu.html Эссе Его Святейшества Далай-ламы, опубликованное в газете Hindustan Times, India, 3 января, 2011 Топ, Общество Thu, 06 Jan 2011 12:40:11 +0300

На самом глубоком уровне все мы, человеческие существа, одинаковы; каждый из нас стремится к счастью и каждый не хочет страдать. Вот почему всякий раз, когда мне выпадает такая возможность, я стараюсь обратить внимание людей на то, что роднит нас как членов одной семьи, человечества, и как глубоко взаимосвязаны мы друг с другом в своем существовании и стремлении к благоденствию.

Сегодня люди все чаще признают существование тесной связи между состояниями нашего ума и переживаемым счастьем, что подтверждается и растущим числом научных открытий. Многие из нас живут в обществе, весьма развитом в материальном отношении, и все же среди нас найдется немало людей не таких уж счастливых. За прекрасным фасадом богатства и процветания скрывается внутреннее беспокойство, ведущее к разочарованию, ненужным ссорам, зависимости от наркотиков и алкоголя, а в худшем случае и к самоубийству. Нет никакой гарантии, что богатство обязательно приведет вас к радости или самореализации, к которым вы стремитесь. То же самое можно сказать и о ваших друзьях. Когда вы во власти сильнейшего гнева и ненависти, то даже самый близкий друг покажется вам холодным, далеким и отталкивающим.

Однако мы, люди, наделены удивительным разумом. Помимо этого, все человеческие существа обладают способностью преисполняться особой решительности и выбирать точку приложения этой чрезвычайной решительности по собственному усмотрению. До тех пор пока мы помним о том, что у нас есть этот чудесный дар человеческого разума, а также способность преисполняться решительности и направлять ее в позитивное русло, мы сможем сохранить присущее нам изначально психическое здоровье. Осознание того, что мы обладаем этим величайшим потенциалом, придает нам силу. Само признание этого факта действует, как механизм, позволяющий справляться с любыми трудностями ― в какой бы ситуации мы ни оказались ― не теряя надежды и чувства собственного достоинства.

Ваш покорный слуга потерял свободу в шестнадцать лет, а в двадцать четыре года ― свою страну. Я живу в изгнании уже более полувека, и все это время мы, тибетцы, посвящаем себя сохранению присущей Тибету национальной самобытности, культуры и [духовных] ценностей. Почти каждый день из Тибета приходят вести, надрывающие сердце, и все же ни одна из них не заставит нас безвольно опустить руки. Сам я нахожу опору в следующем размышлении: если положение дел можно поправить, а проблему ― решить, то незачем волноваться. Другими словами, если из трудной ситуации есть выход, то не стоит терять равновесия. Следует предпринять правильные действия, а именно поискать выход, решение. Совершенно очевидно, что направить свою энергию на поиск решения проблемы куда разумнее, чем на беспокойные мысли.

С другой стороны, если выхода нет, если нет никакой возможности найти решение, то волноваться по этому поводу тоже бессмысленно, ведь все равно ничего уже не поделать. В этом случае, чем быстрее вы смиритесь со случившимся, тем будет лучше для вас. Такой подход, естественно, подразумевает, что вы смотрите проблеме прямо в глаза и стараетесь непредвзято оценить ситуацию. А иначе вы не сумеете выяснить, есть ли решение у проблемы или же нет.

Непредвзятая оценка и правильная мотивация могут также оградить вас от страха и беспокойства. Если вы взрастите чистое и искреннее намерение, если будете движимы желанием помочь из доброты, сострадания и уважения, то тогда сможете выполнить любую работу в любой сфере. Ваши действия будут куда эффективнее без страхов и тревог, без оглядки на других и беспокойства о том, сумеете ли вы в конце концов достичь своей цели. И даже если на пути к своей цели вы потрепите неудачу, вам будет хорошо на душе от того, что вы приложили усилие. А если у вас дурные намерения, то пусть даже другие станут превозносить вас или вы достигните своей цели, вы все равно будете несчастны.

Конечно, порой нам может казаться, что вся наша жизнь никуда не годится, что нам не под силу справиться с трудностями, выпадающими на нашу долю. Каждого из нас временами посещают такие мысли, овладевая нами в большей или меньшей степени. Когда такое случается, крайне важно изыскать способ поднять себе дух. Это можно сделать, подумав о том, как нам повезло. Быть может, есть человек, который нас очень любит; или у нас есть какие-то таланты; быть может, мы получили хорошее образование; или у нас есть вещи первой необходимости ― еда, чтобы наполнить желудок, одежда, чтобы прикрыть свое тело, и крыша над головой; а может быть, в прошлом мы совершали поступки, исполненные альтруизма. Нужно принимать во внимание даже самый незначительный позитивный аспект своей жизни. Ибо, если мы не сумеем поднять себе дух, то велика опасность, что мы будем и дальше скатываться в бездну беспомощности. А это может привести нас к утрате веры в то, что мы вообще способны на что-то хорошее. Поступая так, мы подготовим себе почву для отчаяния.

Будучи буддийским монахом, я знаю, что главными нарушителями нашего внутреннего покоя являются так называемые «омрачающие эмоции». Все эти мысли, эмоции и ментальные состояния, которые суть отражение негативного внутреннего настроя и отсутствия сострадания, неизбежно лишают нас умиротворения. Все наши негативные мысли и эмоции ― ненависть, гнев, гордыня, вожделение, зависть и другие ― считаются источником переживаемых нами трудностей, нарушителями спокойствия. Негативные мысли и эмоции мешают нам осуществить наши самые глубокие устремления ― быть счастливыми и избегать страданий. Совершая поступки под их влиянием, мы не отдаем себе ни малейшего отчета в том, какое воздействие они могут оказать на других людей. Они подталкивают нас к разрушительным действиям, дурно сказывающимся как на других, так и на нас самих. Убийства, скандалы, обман ― все эти негативные действия начинаются с омрачающих эмоций.

Это неизбежно приводит нас к вопросу ― а можно ли воспитать свой ум? Есть немало подобных методов в разных традициях. В буддийской, например, существуют особые наставления по «тренировке ума», где особый упор делается на развитии заботы о других и способности преобразовать неблагоприятное стечение обстоятельств в благоприятное. Именно такой образ мыслей, трансформирующий проблемы в счастье, помог тибетскому народу сохранить чувство собственного достоинства и присутствие духа перед лицом колоссальных трудностей. Мне лично эти наставления принесли огромную практическую пользу.

Один великий тибетский наставник по «тренировке ума» как-то заметил, что самое удивительное качество ума заключается в том, что его можно преобразовать. У меня нет сомнений в том, что те, кто предпримет попытки преобразовать свой ум, победить омрачающие эмоции и достичь внутреннего покоя, с течением времени непременно увидят перемену в своем отношении к жизни и реакции на людей и события. Их ум станет более дисциплинированным и позитивным. И, уверен, они заметят, что, принося счастье другим, они сами становятся счастливее.

Я молюсь о том, чтобы всякий, кто сделает эту [тренировку] своею целью, ощутил благословение и пришел к удачному ее завершению.

Далай-лама

31 декабря 2010
Опубликовано в газете Hindustan Times, India, 3 января, 2011

Перевод Юлии Жиронкиной]]> [/yandexrss][shortrss] Публичная лекция «Этика и общество» https://dalailama.ru/messages/101-dalai-lama.html https://dalailama.ru/messages/101-dalai-lama.html У каждого из нас есть возможность развивать эти внутренние силы. В действительности, каждый из нас обладает равным потенциалом развития, ведь это биологический фактор, который даётся нам от рождения. Мы живём в XXI веке, веке бурного материального прогресса, не повсеместно, разумеется, но в Европе, во Франции, в частности. Абсолютно ясно, что это развитие достигло высокого уровня, но также очевидно, что материальный прогресс сам по себе не способен дать человеку состояние внутреннего счастья и удовлетворения. Порой мы встречаем людей, принадлежащих к малообеспеченным слоям нашего общества, но, однако, радующихся жизни и обладающих внутренним спокойствием. Также встречаются миллионеры, постоянно страдающие от стрессов, депрессий, беспокойств и страхов, даже если у них есть «всё, чтобы быть счастливыми».

Конечно, материальные ценности играют большую роль, но величайшей ошибкой будет посвятить им все наши стремления к счастью. Материальный прогресс направлен на наш физический комфорт, на удовольствие от удовлетворения наших потребностей, но всё это имеет мало общего с внутренним духовным спокойствием. Духовное равновесие рождается в самом уме и создаётся силами нашего ума. Всем нам знакомы примеры людей, находившихся в очень трудных условиях, но, тем не менее, обладавших великой ясностью и безмятежностью ума. Также нам знаком и противоположный пример, возможно, вы и сами испытывали подобное, когда в окружении друзей и всевозможных современных удобств, человек всё же ощущает себя несчастным. Итак, многое зависит от нашего внутреннего отношения, и, порой, оно бывает даже сильнее внешних обстоятельств.

У каждого из нас есть возможность развивать эти внутренние силы. В действительности, каждый из нас обладает равным потенциалом развития, ведь это биологический фактор, который даётся нам от рождения. Благодаря этому потенциалу наша жизнь начинается, и мы способны выжить. Научные исследования доказали, что ещё до момента рождения для ребёнка важно состояние материнского ума, которое оказывает влияние на будущего малыша. И ещё более эта зависимость проявляется после рождения. Известно, что в первые недели жизни прикосновения матери – главный фактор развития ребёнка, оказывающий особое влияние на формирование мозга. И именно поэтому у многочисленных видов животных, которые растят своё потомство, таких как птицы, млекопитающие - собаки, кошки и др., наблюдается это внутреннее чувство заботы и внимания, связь между матерью и новорождённым. Итак, очень важно, чтобы мы с вами реализовывали этот потенциал, понимая, что мы сами можем развивать эти качества, проявлять участие в судьбе других, дарить любовь и теплоту окружающим. Всё это мы унаследовали от наших матерей при рождении. Именно это и даёт нам силу для помощи другим, помогает на нелёгком пути служения благу других.

Однажды со мной произошёл случай, который я часто вспоминаю. Это было во время долгого межконтинентального перелёта – возможно из Японии в США. Последнее время я летаю на такие большие расстояния бизнес-классом, потому что десяти – пятнадцатичасовые перелеты в тесном эконом-классе для меня уже трудны. Моими соседями была молодая пара с двумя детьми. Старший ребёнок вёл себя тихо, а вот младший был крайне беспокойным и шумным. Он бегал туда-обратно, плакал, кричал. В течение первых двух-трёх часов полёта отец вместе с матерью были очень заняты ребёнком. Но через три часа я заметил, что отец просто-напросто уснул и проспал всё оставшееся время перелёта. Мать же, наоборот не сомкнула глаз, продолжая бегать за малышом, который не прекращал носиться повсюду и плакать. Она нашла силы не спать всю ночь, даже утром она всё продолжала заниматься своим ревущим ребёнком с глазами, покрасневшими от недосыпания. Её поведение не было обусловлено её глубокой религиозностью или предписаниями закона. Она черпала энергию в своей заботе о благе ребёнка, в чувстве ответственности за малыша. Я считаю, что если мне удалось развить в себе немного сострадания, то это благодаря зерну, заложенному заботой моей матери. Несколько тысяч людей собралось здесь сегодня, и у нас есть такая возможность благодаря тому, что мать дала нам жизнь, с молоком мы впитали её заботу и присутствуем здесь благодаря ей. Я убеждён, что чувство ответственности и заботы о других людях может быть неисчерпаемым источником энергии.

Итак, вернёмся к теме «этика и общество», которая имеет непосредственное отношение как к человеческой природе, так и ко всем другим формам жизни.

Что мы понимаем под словом «этика»? Одни мои друзья говорят, что этика основана на религиозной вере, но другие утверждают, что это не обязательно так. Я соглашусь со вторыми по многим причинам. Этика означает действие (будь то мысленное, вербальное или физическое), приносящее пользу другому, а также самому носителю действия. При этом то, что доставляет временное удовольствие одному, но приносит вред другому, не может называться этичным действием.

Итак, выше сказанное мне представляется наиболее простым и полным определением этики. Мы видим, что такая этика неразрывно связана с бескорыстной любовью и добротой, которые составляют основу понятия этики, и в этом, конечно же, нет ничего религиозного. Мы наблюдаем подобную способность проявлять доброту даже у птиц, которые заботятся о своём потомстве, помогают друг другу – нельзя же утверждать, что они делают это из-за своих религиозных верований. Так новорождённый инстинктивно принимает заботу и доброту от родившего его существа, даже не осознавая интеллектуально в первое время, что это его мать. В тот момент он способен оценить любовь и доброту матери, и речь здесь также не идёт о религиозной вере.

Существуют два вида этики: одна основана на религиозной вере, а другая просто имеет в своём основании добросердечие. То есть, говоря о духовности, мы выделяем одну, которая основана на религии, и другую, которая основана доброте, принесении пользы другим, которые приносят окружающим и нам самим внутреннее спокойствие. И, когда мы говорим о поступках и словах, то очевидно, что наше тело и речь подчинены нашему уму и это он в конечном итоге определяет наши действия как этичные или же наоборот. Подводя итог, мы выделили два типа этики: одна основана на религиозных убеждениях, а другая на желании принесения добра другим, которое порождает соответствующее поведение.

Итак, это универсальный уровень понимания этики, основанный на фундаментальных человеческих ценностях. Я называю это светской этикой. Это совсем не означает полного отказа от религии и её ценностей. Скорее это похоже на конституцию, которая имеет светский характер, но с уважением относится к религиям, в то же время, не предпочитая одну из них другим. Это означает равное уважение как к верующим, так и к неверующим людям, то есть, уважение ко всякому образу мысли. И в этом смысле я использую словосочетание «светская или мирская этика».

Некоторые мои друзья замечают на этот счёт, что такой подход необратимо приводит к отказу от религии, а другие говорят, что это совсем не так, что употребление выражения «светская этика» вполне уместно. Быть может, такое понимание религии появилось во время французской революции, и других подобных революций в Европе, но это относится, скорее, не к самой религии, а к религиозным учреждениям, которые, безусловно, несправедливо наделяли некоторых властью и привилегиями. Если мы будем иметь в виду все крупные мировые религии, то их главная идея – это любовь и сострадание, и это ничего общего не имеет с организациями, которые пользовались этой идеей для получения власти, для манипуляции и использования других. Во всех религиях присутствует идея любви.

Итак, говоря о светской этике, я исхожу из понятия о здравомыслии, общечеловеческих ценностях, основываясь на понимании, на научных исследованиях, и особенно на очевидности того, сколь благотворно взращивание чувства всеобщей ответственности и добросердечия.

Человеческое общество состоит из огромного количества людей. Каждый из нас без исключения, с самого рождения знаком с понятием этики, основанной на доброжелательности, стремлении заботиться о других, проявлять участие во благе других. Но также есть ещё один фактор, который обусловлен самим устройством нашего тела: оно создано в соответствии с этими понятиями доброты и любви к окружающим. Сострадание и бескорыстная любовь способствуют поддержанию тела в добром здравии. Доподлинно известно, что разгневанный человек одержим ненавистью, враждебностью, которая, в свою очередь, порождает страх – все эти состояния ума являются крайне разрушительными для нашего тела, для нашего здоровья. И наоборот: чувство глубокого сострадания, отсутствие злобы говорит о том, что в нас также меньше страха, меньше чувства незащищённости, больше доверия и открытости окружающим. Такое состояние ума способствует хорошему самочувствию, наилучшему взаимодействию с другими людьми. Даже животные чувствуют настроение друг друга: от злой собаки, или даже хуже – от собаки, у которой бешенство, все животные будут спасаться бегством.

Так как мы сами являемся социальными животными, то сострадание и доброта способствуют укреплению социальных связей, в то время как ненависть и гнев разделяют людей. Именно поэтому важно, если мы желаем достичь внутреннего спокойствия, развивать бескорыстную любовь, поскольку, поистине, мы все обладаем такой внутренней природой и все стремимся к обретению внутреннего спокойствия. В конце концов, доброжелательность говорит о том, что нам нечего скрывать, ведь если в нашем уме нет ничего, кроме доброты, то нечего и прятать, мы можем быть абсолютно прозрачными, абсолютно открытыми другим, заботясь о благе окружающих, мы можем избавиться от страхов.

Учёные говорят, что ненависть и страх разрушают иммунную систему, тогда как люди, которые проявляют и развивают в себе сострадание и доброжелательность обладают более сильным иммунитетом. Я испытал это на собственном опыте, убедившись, что добрые люди обладают хорошим здоровьем – это следствие их положительных качеств. Я часто упоминаю, что доброжелательность и бескорыстная любовь – это и есть настоящая красота, красота внутренняя. Часто молодые девушки и женщины озабочены своей красотой, своей внешностью, любят косметику, ухаживают за собой, но это внешняя красота. Не забывайте о красоте внутренней – ведь рано или поздно близкие люди понимают, что внешней красоты недостаточно и начинаются проблемы. Ясно, что в идеале хорошо бы обладать и внешней и внутренней красотой – но внутренняя красота намного важнее.

Я хочу рассказать вам об одном случае, произошедшем в 70-х годах. В моём окружении был один монах, который сложил с себя монашеские обеты и позднее женился. И когда я познакомился с его супругой, то решил пошутить, сказав, что внешне она не слишком эффектна, чтобы из-за неё решиться на отказ от монашеских обетов. Он ответил, что, быть может, она и не так привлекательна внешне, но её внутренняя красота поразительна. На это мне было нечего сказать!

Итак, мой совет девушкам и женщинам, придающим большое значение своей внешности – обращайте также внимание на внутреннюю красоту. Это также относится и к молодым людям, которые заняты своей внешностью, физической силой – заботьтесь также и о своей внутренней красоте!

Итак, этика очень благотворно влияет на наше здоровье. Мы с вами – социальные животные и до самой смерти мы постоянно стремимся к счастью, но сама эта цель недостижима без участия окружающих, ведь невозможно выжить независимо от других. И наилучший вид взаимодействия с другими это тёплые отношения, сострадание, доброжелательность – нечто, объединяющее людей, в то время, как ненависть и гнев сеют раздор, отдаляют нас друг от друга. Совершенно очевидно, что если мы хотим создать более счастливое и стабильное общество, то нам нужна этика сострадания.

Итак, если мы поставим перед собой задачу создания более справедливого и сострадательного общества, то, на мой взгляд, есть три возможных способа это реализовать: первый – развитие сострадания, основанного на религиозной вере, и именно, на монотеистических религиях, для которых понятие Бога-создателя является священным. Такое понятие очень сильно, поскольку Бог есть бесконечная любовь, и чем сильнее вера в него, тем больше способность к участию в жизни других, проявления любви и сострадания к живым существам.

Есть также второй подход – нетеистический – принадлежащий буддизму и философии Джайнизма, которые не признают концепции Создателя, но настаивают на понимании закона причины и следствия. Мы все желаем преодолеть страдания, жить счастливо. И это зависит от очень многих причин и условий, например, если мы заставляем другого страдать, то это приведёт к нашим собственным страданиям. Когда мы в мыслях и действиях проявляем доброту к другим – это также наилучший способ для нас самих обрести счастливую жизнь. А также сострадание является лучшим способом достигнуть счастья.

Есть и третий способ – это светский подход, который я уже упоминал. Огромное количество людей на нашей планете не живут по религиозным законам. Очевидно, что все эти люди также стремятся к счастью, поэтому бескорыстная любовь и стремление к счастью занимают главное место в их жизни. И им совершенно необходимо знать способы развития доброты и сострадания. Поощрение и развитие благих качеств – это то, что я называю светским путём создания более сострадательного и чуткого общества. И именно поэтому я сам всюду провозглашаю важность этих общечеловеческих ценностей, так как они универсальны, не зависят от религиозных взглядов.

Теперь поговорим об этике и сострадании, об альтруизме. Этот вопрос мы рассмотрим на двух уровнях: первый – биологически обусловленное сострадание, которое объясняет наше доброжелательное отношение к близким, и особенно к тем, кто сам доброжелательно к нам относится. Мы добры в ответ на доброту. Очевидно, что если с нами обращаются плохо, то нам сложно испытывать доброту, и уж конечно мы не привыкли испытывать доброжелательность к тем, кого считаем нашими врагами. Наш избирательный альтруизм, сострадание и благожелательность ограничены пристрастностью, поскольку основываются на том, как с нами поступают другие.

Как же развивать то беспредельное сострадание, которое будет абсолютно беспристрастным, безграничным? Такое сострадание основано не на том, как с нами обращаются другие, а на глубоком понимании внутренней человеческой природы и наших естественных фундаментальных стремлениях. Приведем пример: нам очень трудно любить других, если мы ненавидим сами себя. Если мы сами в себе не познали этого естественного стремления к счастью и желания избежать страданий, то как же мы можем говорить о желании освободить от страданий других? Нежелание страдать – это нечто изначально присущее живому существу и не зависящие от каких бы то ни было взглядов. Как бы мы не вели себя, пусть даже своим собственным поведением – по незнанию или неловкости – навлекая на себя страдания, стремление к счастью преобладает. Осознание этого приведет нас к осознанию того, что абсолютно все живые существа, даже те, кто ведут себя противоположным образом, на подсознательном уровне не желают создавать себе болезненных ситуаций. И если бы они только знали как, то сразу бы устремились к счастью и благополучию.

У всех нас есть право избежать страданий. Здесь мы видим возможность развить совершенно иной вид сострадания – намного более обширное, всеохватывающее, вне наших пристрастий. Биологически обусловленное сострадание не нуждается в специальной тренировке или обучении. А более широкий – безусловный вид сострадания должен прочно основываться на понимании, на тренировке ума, на знании, он требует тонкости ума.

Будучи социальными животными, шесть миллиардов людей на планете как никогда раньше зависят друг от друга. Это стало очевидно с появлением глобальных проблем, таких как потепление климата. Проблемы, с которыми мы столкнулись, требуют совместных решений и сотрудничества, они заставляют отказаться от устаревших понятий о соперничестве небольших автономных сообществ, где были победители и побеждённые. Если мы не сможем объединиться, то побеждёнными окажутся все без исключения. Главное – приложить все наши интеллектуальные усилия для развития беспристрастного сострадания, которое будет не ответом на поведение других по отношению к нам, а будет основано на нашей глубинной природе.

Вот то, что я хотел сказать вам.

Париж, 7 июня 2009 г.
Перевод Надежды Дегтяренко ]]> Выступления и тексты, Общество Lotos Sat, 19 Dec 2009 21:40:00 +0300 [/shortrss] [fullrss] Публичная лекция «Этика и общество» https://dalailama.ru/messages/101-dalai-lama.html https://dalailama.ru/messages/101-dalai-lama.html Мы живём в XXI веке, веке бурного материального прогресса, не повсеместно, разумеется, но в Европе, во Франции, в частности. Абсолютно ясно, что это развитие достигло высокого уровня, но также очевидно, что материальный прогресс сам по себе не способен дать человеку состояние внутреннего счастья и удовлетворения. Порой мы встречаем людей, принадлежащих к малообеспеченным слоям нашего общества, но, однако, радующихся жизни и обладающих внутренним спокойствием. Также встречаются миллионеры, постоянно страдающие от стрессов, депрессий, беспокойств и страхов, даже если у них есть «всё, чтобы быть счастливыми».

Конечно, материальные ценности играют большую роль, но величайшей ошибкой будет посвятить им все наши стремления к счастью. Материальный прогресс направлен на наш физический комфорт, на удовольствие от удовлетворения наших потребностей, но всё это имеет мало общего с внутренним духовным спокойствием. Духовное равновесие рождается в самом уме и создаётся силами нашего ума. Всем нам знакомы примеры людей, находившихся в очень трудных условиях, но, тем не менее, обладавших великой ясностью и безмятежностью ума. Также нам знаком и противоположный пример, возможно, вы и сами испытывали подобное, когда в окружении друзей и всевозможных современных удобств, человек всё же ощущает себя несчастным. Итак, многое зависит от нашего внутреннего отношения, и, порой, оно бывает даже сильнее внешних обстоятельств.

У каждого из нас есть возможность развивать эти внутренние силы. В действительности, каждый из нас обладает равным потенциалом развития, ведь это биологический фактор, который даётся нам от рождения. Благодаря этому потенциалу наша жизнь начинается, и мы способны выжить. Научные исследования доказали, что ещё до момента рождения для ребёнка важно состояние материнского ума, которое оказывает влияние на будущего малыша. И ещё более эта зависимость проявляется после рождения. Известно, что в первые недели жизни прикосновения матери – главный фактор развития ребёнка, оказывающий особое влияние на формирование мозга. И именно поэтому у многочисленных видов животных, которые растят своё потомство, таких как птицы, млекопитающие - собаки, кошки и др., наблюдается это внутреннее чувство заботы и внимания, связь между матерью и новорождённым. Итак, очень важно, чтобы мы с вами реализовывали этот потенциал, понимая, что мы сами можем развивать эти качества, проявлять участие в судьбе других, дарить любовь и теплоту окружающим. Всё это мы унаследовали от наших матерей при рождении. Именно это и даёт нам силу для помощи другим, помогает на нелёгком пути служения благу других.

Однажды со мной произошёл случай, который я часто вспоминаю. Это было во время долгого межконтинентального перелёта – возможно из Японии в США. Последнее время я летаю на такие большие расстояния бизнес-классом, потому что десяти – пятнадцатичасовые перелеты в тесном эконом-классе для меня уже трудны. Моими соседями была молодая пара с двумя детьми. Старший ребёнок вёл себя тихо, а вот младший был крайне беспокойным и шумным. Он бегал туда-обратно, плакал, кричал. В течение первых двух-трёх часов полёта отец вместе с матерью были очень заняты ребёнком. Но через три часа я заметил, что отец просто-напросто уснул и проспал всё оставшееся время перелёта. Мать же, наоборот не сомкнула глаз, продолжая бегать за малышом, который не прекращал носиться повсюду и плакать. Она нашла силы не спать всю ночь, даже утром она всё продолжала заниматься своим ревущим ребёнком с глазами, покрасневшими от недосыпания. Её поведение не было обусловлено её глубокой религиозностью или предписаниями закона. Она черпала энергию в своей заботе о благе ребёнка, в чувстве ответственности за малыша. Я считаю, что если мне удалось развить в себе немного сострадания, то это благодаря зерну, заложенному заботой моей матери. Несколько тысяч людей собралось здесь сегодня, и у нас есть такая возможность благодаря тому, что мать дала нам жизнь, с молоком мы впитали её заботу и присутствуем здесь благодаря ей. Я убеждён, что чувство ответственности и заботы о других людях может быть неисчерпаемым источником энергии.

Итак, вернёмся к теме «этика и общество», которая имеет непосредственное отношение как к человеческой природе, так и ко всем другим формам жизни.

Что мы понимаем под словом «этика»? Одни мои друзья говорят, что этика основана на религиозной вере, но другие утверждают, что это не обязательно так. Я соглашусь со вторыми по многим причинам. Этика означает действие (будь то мысленное, вербальное или физическое), приносящее пользу другому, а также самому носителю действия. При этом то, что доставляет временное удовольствие одному, но приносит вред другому, не может называться этичным действием.

Итак, выше сказанное мне представляется наиболее простым и полным определением этики. Мы видим, что такая этика неразрывно связана с бескорыстной любовью и добротой, которые составляют основу понятия этики, и в этом, конечно же, нет ничего религиозного. Мы наблюдаем подобную способность проявлять доброту даже у птиц, которые заботятся о своём потомстве, помогают друг другу – нельзя же утверждать, что они делают это из-за своих религиозных верований. Так новорождённый инстинктивно принимает заботу и доброту от родившего его существа, даже не осознавая интеллектуально в первое время, что это его мать. В тот момент он способен оценить любовь и доброту матери, и речь здесь также не идёт о религиозной вере.

Существуют два вида этики: одна основана на религиозной вере, а другая просто имеет в своём основании добросердечие. То есть, говоря о духовности, мы выделяем одну, которая основана на религии, и другую, которая основана доброте, принесении пользы другим, которые приносят окружающим и нам самим внутреннее спокойствие. И, когда мы говорим о поступках и словах, то очевидно, что наше тело и речь подчинены нашему уму и это он в конечном итоге определяет наши действия как этичные или же наоборот. Подводя итог, мы выделили два типа этики: одна основана на религиозных убеждениях, а другая на желании принесения добра другим, которое порождает соответствующее поведение.

Итак, это универсальный уровень понимания этики, основанный на фундаментальных человеческих ценностях. Я называю это светской этикой. Это совсем не означает полного отказа от религии и её ценностей. Скорее это похоже на конституцию, которая имеет светский характер, но с уважением относится к религиям, в то же время, не предпочитая одну из них другим. Это означает равное уважение как к верующим, так и к неверующим людям, то есть, уважение ко всякому образу мысли. И в этом смысле я использую словосочетание «светская или мирская этика».

Некоторые мои друзья замечают на этот счёт, что такой подход необратимо приводит к отказу от религии, а другие говорят, что это совсем не так, что употребление выражения «светская этика» вполне уместно. Быть может, такое понимание религии появилось во время французской революции, и других подобных революций в Европе, но это относится, скорее, не к самой религии, а к религиозным учреждениям, которые, безусловно, несправедливо наделяли некоторых властью и привилегиями. Если мы будем иметь в виду все крупные мировые религии, то их главная идея – это любовь и сострадание, и это ничего общего не имеет с организациями, которые пользовались этой идеей для получения власти, для манипуляции и использования других. Во всех религиях присутствует идея любви.

Итак, говоря о светской этике, я исхожу из понятия о здравомыслии, общечеловеческих ценностях, основываясь на понимании, на научных исследованиях, и особенно на очевидности того, сколь благотворно взращивание чувства всеобщей ответственности и добросердечия.

Человеческое общество состоит из огромного количества людей. Каждый из нас без исключения, с самого рождения знаком с понятием этики, основанной на доброжелательности, стремлении заботиться о других, проявлять участие во благе других. Но также есть ещё один фактор, который обусловлен самим устройством нашего тела: оно создано в соответствии с этими понятиями доброты и любви к окружающим. Сострадание и бескорыстная любовь способствуют поддержанию тела в добром здравии. Доподлинно известно, что разгневанный человек одержим ненавистью, враждебностью, которая, в свою очередь, порождает страх – все эти состояния ума являются крайне разрушительными для нашего тела, для нашего здоровья. И наоборот: чувство глубокого сострадания, отсутствие злобы говорит о том, что в нас также меньше страха, меньше чувства незащищённости, больше доверия и открытости окружающим. Такое состояние ума способствует хорошему самочувствию, наилучшему взаимодействию с другими людьми. Даже животные чувствуют настроение друг друга: от злой собаки, или даже хуже – от собаки, у которой бешенство, все животные будут спасаться бегством.

Так как мы сами являемся социальными животными, то сострадание и доброта способствуют укреплению социальных связей, в то время как ненависть и гнев разделяют людей. Именно поэтому важно, если мы желаем достичь внутреннего спокойствия, развивать бескорыстную любовь, поскольку, поистине, мы все обладаем такой внутренней природой и все стремимся к обретению внутреннего спокойствия. В конце концов, доброжелательность говорит о том, что нам нечего скрывать, ведь если в нашем уме нет ничего, кроме доброты, то нечего и прятать, мы можем быть абсолютно прозрачными, абсолютно открытыми другим, заботясь о благе окружающих, мы можем избавиться от страхов.

Учёные говорят, что ненависть и страх разрушают иммунную систему, тогда как люди, которые проявляют и развивают в себе сострадание и доброжелательность обладают более сильным иммунитетом. Я испытал это на собственном опыте, убедившись, что добрые люди обладают хорошим здоровьем – это следствие их положительных качеств. Я часто упоминаю, что доброжелательность и бескорыстная любовь – это и есть настоящая красота, красота внутренняя. Часто молодые девушки и женщины озабочены своей красотой, своей внешностью, любят косметику, ухаживают за собой, но это внешняя красота. Не забывайте о красоте внутренней – ведь рано или поздно близкие люди понимают, что внешней красоты недостаточно и начинаются проблемы. Ясно, что в идеале хорошо бы обладать и внешней и внутренней красотой – но внутренняя красота намного важнее.

Я хочу рассказать вам об одном случае, произошедшем в 70-х годах. В моём окружении был один монах, который сложил с себя монашеские обеты и позднее женился. И когда я познакомился с его супругой, то решил пошутить, сказав, что внешне она не слишком эффектна, чтобы из-за неё решиться на отказ от монашеских обетов. Он ответил, что, быть может, она и не так привлекательна внешне, но её внутренняя красота поразительна. На это мне было нечего сказать!

Итак, мой совет девушкам и женщинам, придающим большое значение своей внешности – обращайте также внимание на внутреннюю красоту. Это также относится и к молодым людям, которые заняты своей внешностью, физической силой – заботьтесь также и о своей внутренней красоте!

Итак, этика очень благотворно влияет на наше здоровье. Мы с вами – социальные животные и до самой смерти мы постоянно стремимся к счастью, но сама эта цель недостижима без участия окружающих, ведь невозможно выжить независимо от других. И наилучший вид взаимодействия с другими это тёплые отношения, сострадание, доброжелательность – нечто, объединяющее людей, в то время, как ненависть и гнев сеют раздор, отдаляют нас друг от друга. Совершенно очевидно, что если мы хотим создать более счастливое и стабильное общество, то нам нужна этика сострадания.

Итак, если мы поставим перед собой задачу создания более справедливого и сострадательного общества, то, на мой взгляд, есть три возможных способа это реализовать: первый – развитие сострадания, основанного на религиозной вере, и именно, на монотеистических религиях, для которых понятие Бога-создателя является священным. Такое понятие очень сильно, поскольку Бог есть бесконечная любовь, и чем сильнее вера в него, тем больше способность к участию в жизни других, проявления любви и сострадания к живым существам.

Есть также второй подход – нетеистический – принадлежащий буддизму и философии Джайнизма, которые не признают концепции Создателя, но настаивают на понимании закона причины и следствия. Мы все желаем преодолеть страдания, жить счастливо. И это зависит от очень многих причин и условий, например, если мы заставляем другого страдать, то это приведёт к нашим собственным страданиям. Когда мы в мыслях и действиях проявляем доброту к другим – это также наилучший способ для нас самих обрести счастливую жизнь. А также сострадание является лучшим способом достигнуть счастья.

Есть и третий способ – это светский подход, который я уже упоминал. Огромное количество людей на нашей планете не живут по религиозным законам. Очевидно, что все эти люди также стремятся к счастью, поэтому бескорыстная любовь и стремление к счастью занимают главное место в их жизни. И им совершенно необходимо знать способы развития доброты и сострадания. Поощрение и развитие благих качеств – это то, что я называю светским путём создания более сострадательного и чуткого общества. И именно поэтому я сам всюду провозглашаю важность этих общечеловеческих ценностей, так как они универсальны, не зависят от религиозных взглядов.

Теперь поговорим об этике и сострадании, об альтруизме. Этот вопрос мы рассмотрим на двух уровнях: первый – биологически обусловленное сострадание, которое объясняет наше доброжелательное отношение к близким, и особенно к тем, кто сам доброжелательно к нам относится. Мы добры в ответ на доброту. Очевидно, что если с нами обращаются плохо, то нам сложно испытывать доброту, и уж конечно мы не привыкли испытывать доброжелательность к тем, кого считаем нашими врагами. Наш избирательный альтруизм, сострадание и благожелательность ограничены пристрастностью, поскольку основываются на том, как с нами поступают другие.

Как же развивать то беспредельное сострадание, которое будет абсолютно беспристрастным, безграничным? Такое сострадание основано не на том, как с нами обращаются другие, а на глубоком понимании внутренней человеческой природы и наших естественных фундаментальных стремлениях. Приведем пример: нам очень трудно любить других, если мы ненавидим сами себя. Если мы сами в себе не познали этого естественного стремления к счастью и желания избежать страданий, то как же мы можем говорить о желании освободить от страданий других? Нежелание страдать – это нечто изначально присущее живому существу и не зависящие от каких бы то ни было взглядов. Как бы мы не вели себя, пусть даже своим собственным поведением – по незнанию или неловкости – навлекая на себя страдания, стремление к счастью преобладает. Осознание этого приведет нас к осознанию того, что абсолютно все живые существа, даже те, кто ведут себя противоположным образом, на подсознательном уровне не желают создавать себе болезненных ситуаций. И если бы они только знали как, то сразу бы устремились к счастью и благополучию.

У всех нас есть право избежать страданий. Здесь мы видим возможность развить совершенно иной вид сострадания – намного более обширное, всеохватывающее, вне наших пристрастий. Биологически обусловленное сострадание не нуждается в специальной тренировке или обучении. А более широкий – безусловный вид сострадания должен прочно основываться на понимании, на тренировке ума, на знании, он требует тонкости ума.

Будучи социальными животными, шесть миллиардов людей на планете как никогда раньше зависят друг от друга. Это стало очевидно с появлением глобальных проблем, таких как потепление климата. Проблемы, с которыми мы столкнулись, требуют совместных решений и сотрудничества, они заставляют отказаться от устаревших понятий о соперничестве небольших автономных сообществ, где были победители и побеждённые. Если мы не сможем объединиться, то побеждёнными окажутся все без исключения. Главное – приложить все наши интеллектуальные усилия для развития беспристрастного сострадания, которое будет не ответом на поведение других по отношению к нам, а будет основано на нашей глубинной природе.

Вот то, что я хотел сказать вам.

Париж, 7 июня 2009 г.
Перевод Надежды Дегтяренко ]]> Lotos Sat, 19 Dec 2009 21:40:00 +0300 [/fullrss] [yandexrss] Публичная лекция «Этика и общество» https://dalailama.ru/messages/101-dalai-lama.html У каждого из нас есть возможность развивать эти внутренние силы. В действительности, каждый из нас обладает равным потенциалом развития, ведь это биологический фактор, который даётся нам от рождения. Выступления и тексты, Общество Sat, 19 Dec 2009 21:40:00 +0300

Мы живём в XXI веке, веке бурного материального прогресса, не повсеместно, разумеется, но в Европе, во Франции, в частности. Абсолютно ясно, что это развитие достигло высокого уровня, но также очевидно, что материальный прогресс сам по себе не способен дать человеку состояние внутреннего счастья и удовлетворения. Порой мы встречаем людей, принадлежащих к малообеспеченным слоям нашего общества, но, однако, радующихся жизни и обладающих внутренним спокойствием. Также встречаются миллионеры, постоянно страдающие от стрессов, депрессий, беспокойств и страхов, даже если у них есть «всё, чтобы быть счастливыми».

Конечно, материальные ценности играют большую роль, но величайшей ошибкой будет посвятить им все наши стремления к счастью. Материальный прогресс направлен на наш физический комфорт, на удовольствие от удовлетворения наших потребностей, но всё это имеет мало общего с внутренним духовным спокойствием. Духовное равновесие рождается в самом уме и создаётся силами нашего ума. Всем нам знакомы примеры людей, находившихся в очень трудных условиях, но, тем не менее, обладавших великой ясностью и безмятежностью ума. Также нам знаком и противоположный пример, возможно, вы и сами испытывали подобное, когда в окружении друзей и всевозможных современных удобств, человек всё же ощущает себя несчастным. Итак, многое зависит от нашего внутреннего отношения, и, порой, оно бывает даже сильнее внешних обстоятельств.

У каждого из нас есть возможность развивать эти внутренние силы. В действительности, каждый из нас обладает равным потенциалом развития, ведь это биологический фактор, который даётся нам от рождения. Благодаря этому потенциалу наша жизнь начинается, и мы способны выжить. Научные исследования доказали, что ещё до момента рождения для ребёнка важно состояние материнского ума, которое оказывает влияние на будущего малыша. И ещё более эта зависимость проявляется после рождения. Известно, что в первые недели жизни прикосновения матери – главный фактор развития ребёнка, оказывающий особое влияние на формирование мозга. И именно поэтому у многочисленных видов животных, которые растят своё потомство, таких как птицы, млекопитающие - собаки, кошки и др., наблюдается это внутреннее чувство заботы и внимания, связь между матерью и новорождённым. Итак, очень важно, чтобы мы с вами реализовывали этот потенциал, понимая, что мы сами можем развивать эти качества, проявлять участие в судьбе других, дарить любовь и теплоту окружающим. Всё это мы унаследовали от наших матерей при рождении. Именно это и даёт нам силу для помощи другим, помогает на нелёгком пути служения благу других.

Однажды со мной произошёл случай, который я часто вспоминаю. Это было во время долгого межконтинентального перелёта – возможно из Японии в США. Последнее время я летаю на такие большие расстояния бизнес-классом, потому что десяти – пятнадцатичасовые перелеты в тесном эконом-классе для меня уже трудны. Моими соседями была молодая пара с двумя детьми. Старший ребёнок вёл себя тихо, а вот младший был крайне беспокойным и шумным. Он бегал туда-обратно, плакал, кричал. В течение первых двух-трёх часов полёта отец вместе с матерью были очень заняты ребёнком. Но через три часа я заметил, что отец просто-напросто уснул и проспал всё оставшееся время перелёта. Мать же, наоборот не сомкнула глаз, продолжая бегать за малышом, который не прекращал носиться повсюду и плакать. Она нашла силы не спать всю ночь, даже утром она всё продолжала заниматься своим ревущим ребёнком с глазами, покрасневшими от недосыпания. Её поведение не было обусловлено её глубокой религиозностью или предписаниями закона. Она черпала энергию в своей заботе о благе ребёнка, в чувстве ответственности за малыша. Я считаю, что если мне удалось развить в себе немного сострадания, то это благодаря зерну, заложенному заботой моей матери. Несколько тысяч людей собралось здесь сегодня, и у нас есть такая возможность благодаря тому, что мать дала нам жизнь, с молоком мы впитали её заботу и присутствуем здесь благодаря ей. Я убеждён, что чувство ответственности и заботы о других людях может быть неисчерпаемым источником энергии.

Итак, вернёмся к теме «этика и общество», которая имеет непосредственное отношение как к человеческой природе, так и ко всем другим формам жизни.

Что мы понимаем под словом «этика»? Одни мои друзья говорят, что этика основана на религиозной вере, но другие утверждают, что это не обязательно так. Я соглашусь со вторыми по многим причинам. Этика означает действие (будь то мысленное, вербальное или физическое), приносящее пользу другому, а также самому носителю действия. При этом то, что доставляет временное удовольствие одному, но приносит вред другому, не может называться этичным действием.

Итак, выше сказанное мне представляется наиболее простым и полным определением этики. Мы видим, что такая этика неразрывно связана с бескорыстной любовью и добротой, которые составляют основу понятия этики, и в этом, конечно же, нет ничего религиозного. Мы наблюдаем подобную способность проявлять доброту даже у птиц, которые заботятся о своём потомстве, помогают друг другу – нельзя же утверждать, что они делают это из-за своих религиозных верований. Так новорождённый инстинктивно принимает заботу и доброту от родившего его существа, даже не осознавая интеллектуально в первое время, что это его мать. В тот момент он способен оценить любовь и доброту матери, и речь здесь также не идёт о религиозной вере.

Существуют два вида этики: одна основана на религиозной вере, а другая просто имеет в своём основании добросердечие. То есть, говоря о духовности, мы выделяем одну, которая основана на религии, и другую, которая основана доброте, принесении пользы другим, которые приносят окружающим и нам самим внутреннее спокойствие. И, когда мы говорим о поступках и словах, то очевидно, что наше тело и речь подчинены нашему уму и это он в конечном итоге определяет наши действия как этичные или же наоборот. Подводя итог, мы выделили два типа этики: одна основана на религиозных убеждениях, а другая на желании принесения добра другим, которое порождает соответствующее поведение.

Итак, это универсальный уровень понимания этики, основанный на фундаментальных человеческих ценностях. Я называю это светской этикой. Это совсем не означает полного отказа от религии и её ценностей. Скорее это похоже на конституцию, которая имеет светский характер, но с уважением относится к религиям, в то же время, не предпочитая одну из них другим. Это означает равное уважение как к верующим, так и к неверующим людям, то есть, уважение ко всякому образу мысли. И в этом смысле я использую словосочетание «светская или мирская этика».

Некоторые мои друзья замечают на этот счёт, что такой подход необратимо приводит к отказу от религии, а другие говорят, что это совсем не так, что употребление выражения «светская этика» вполне уместно. Быть может, такое понимание религии появилось во время французской революции, и других подобных революций в Европе, но это относится, скорее, не к самой религии, а к религиозным учреждениям, которые, безусловно, несправедливо наделяли некоторых властью и привилегиями. Если мы будем иметь в виду все крупные мировые религии, то их главная идея – это любовь и сострадание, и это ничего общего не имеет с организациями, которые пользовались этой идеей для получения власти, для манипуляции и использования других. Во всех религиях присутствует идея любви.

Итак, говоря о светской этике, я исхожу из понятия о здравомыслии, общечеловеческих ценностях, основываясь на понимании, на научных исследованиях, и особенно на очевидности того, сколь благотворно взращивание чувства всеобщей ответственности и добросердечия.

Человеческое общество состоит из огромного количества людей. Каждый из нас без исключения, с самого рождения знаком с понятием этики, основанной на доброжелательности, стремлении заботиться о других, проявлять участие во благе других. Но также есть ещё один фактор, который обусловлен самим устройством нашего тела: оно создано в соответствии с этими понятиями доброты и любви к окружающим. Сострадание и бескорыстная любовь способствуют поддержанию тела в добром здравии. Доподлинно известно, что разгневанный человек одержим ненавистью, враждебностью, которая, в свою очередь, порождает страх – все эти состояния ума являются крайне разрушительными для нашего тела, для нашего здоровья. И наоборот: чувство глубокого сострадания, отсутствие злобы говорит о том, что в нас также меньше страха, меньше чувства незащищённости, больше доверия и открытости окружающим. Такое состояние ума способствует хорошему самочувствию, наилучшему взаимодействию с другими людьми. Даже животные чувствуют настроение друг друга: от злой собаки, или даже хуже – от собаки, у которой бешенство, все животные будут спасаться бегством.

Так как мы сами являемся социальными животными, то сострадание и доброта способствуют укреплению социальных связей, в то время как ненависть и гнев разделяют людей. Именно поэтому важно, если мы желаем достичь внутреннего спокойствия, развивать бескорыстную любовь, поскольку, поистине, мы все обладаем такой внутренней природой и все стремимся к обретению внутреннего спокойствия. В конце концов, доброжелательность говорит о том, что нам нечего скрывать, ведь если в нашем уме нет ничего, кроме доброты, то нечего и прятать, мы можем быть абсолютно прозрачными, абсолютно открытыми другим, заботясь о благе окружающих, мы можем избавиться от страхов.

Учёные говорят, что ненависть и страх разрушают иммунную систему, тогда как люди, которые проявляют и развивают в себе сострадание и доброжелательность обладают более сильным иммунитетом. Я испытал это на собственном опыте, убедившись, что добрые люди обладают хорошим здоровьем – это следствие их положительных качеств. Я часто упоминаю, что доброжелательность и бескорыстная любовь – это и есть настоящая красота, красота внутренняя. Часто молодые девушки и женщины озабочены своей красотой, своей внешностью, любят косметику, ухаживают за собой, но это внешняя красота. Не забывайте о красоте внутренней – ведь рано или поздно близкие люди понимают, что внешней красоты недостаточно и начинаются проблемы. Ясно, что в идеале хорошо бы обладать и внешней и внутренней красотой – но внутренняя красота намного важнее.

Я хочу рассказать вам об одном случае, произошедшем в 70-х годах. В моём окружении был один монах, который сложил с себя монашеские обеты и позднее женился. И когда я познакомился с его супругой, то решил пошутить, сказав, что внешне она не слишком эффектна, чтобы из-за неё решиться на отказ от монашеских обетов. Он ответил, что, быть может, она и не так привлекательна внешне, но её внутренняя красота поразительна. На это мне было нечего сказать!

Итак, мой совет девушкам и женщинам, придающим большое значение своей внешности – обращайте также внимание на внутреннюю красоту. Это также относится и к молодым людям, которые заняты своей внешностью, физической силой – заботьтесь также и о своей внутренней красоте!

Итак, этика очень благотворно влияет на наше здоровье. Мы с вами – социальные животные и до самой смерти мы постоянно стремимся к счастью, но сама эта цель недостижима без участия окружающих, ведь невозможно выжить независимо от других. И наилучший вид взаимодействия с другими это тёплые отношения, сострадание, доброжелательность – нечто, объединяющее людей, в то время, как ненависть и гнев сеют раздор, отдаляют нас друг от друга. Совершенно очевидно, что если мы хотим создать более счастливое и стабильное общество, то нам нужна этика сострадания.

Итак, если мы поставим перед собой задачу создания более справедливого и сострадательного общества, то, на мой взгляд, есть три возможных способа это реализовать: первый – развитие сострадания, основанного на религиозной вере, и именно, на монотеистических религиях, для которых понятие Бога-создателя является священным. Такое понятие очень сильно, поскольку Бог есть бесконечная любовь, и чем сильнее вера в него, тем больше способность к участию в жизни других, проявления любви и сострадания к живым существам.

Есть также второй подход – нетеистический – принадлежащий буддизму и философии Джайнизма, которые не признают концепции Создателя, но настаивают на понимании закона причины и следствия. Мы все желаем преодолеть страдания, жить счастливо. И это зависит от очень многих причин и условий, например, если мы заставляем другого страдать, то это приведёт к нашим собственным страданиям. Когда мы в мыслях и действиях проявляем доброту к другим – это также наилучший способ для нас самих обрести счастливую жизнь. А также сострадание является лучшим способом достигнуть счастья.

Есть и третий способ – это светский подход, который я уже упоминал. Огромное количество людей на нашей планете не живут по религиозным законам. Очевидно, что все эти люди также стремятся к счастью, поэтому бескорыстная любовь и стремление к счастью занимают главное место в их жизни. И им совершенно необходимо знать способы развития доброты и сострадания. Поощрение и развитие благих качеств – это то, что я называю светским путём создания более сострадательного и чуткого общества. И именно поэтому я сам всюду провозглашаю важность этих общечеловеческих ценностей, так как они универсальны, не зависят от религиозных взглядов.

Теперь поговорим об этике и сострадании, об альтруизме. Этот вопрос мы рассмотрим на двух уровнях: первый – биологически обусловленное сострадание, которое объясняет наше доброжелательное отношение к близким, и особенно к тем, кто сам доброжелательно к нам относится. Мы добры в ответ на доброту. Очевидно, что если с нами обращаются плохо, то нам сложно испытывать доброту, и уж конечно мы не привыкли испытывать доброжелательность к тем, кого считаем нашими врагами. Наш избирательный альтруизм, сострадание и благожелательность ограничены пристрастностью, поскольку основываются на том, как с нами поступают другие.

Как же развивать то беспредельное сострадание, которое будет абсолютно беспристрастным, безграничным? Такое сострадание основано не на том, как с нами обращаются другие, а на глубоком понимании внутренней человеческой природы и наших естественных фундаментальных стремлениях. Приведем пример: нам очень трудно любить других, если мы ненавидим сами себя. Если мы сами в себе не познали этого естественного стремления к счастью и желания избежать страданий, то как же мы можем говорить о желании освободить от страданий других? Нежелание страдать – это нечто изначально присущее живому существу и не зависящие от каких бы то ни было взглядов. Как бы мы не вели себя, пусть даже своим собственным поведением – по незнанию или неловкости – навлекая на себя страдания, стремление к счастью преобладает. Осознание этого приведет нас к осознанию того, что абсолютно все живые существа, даже те, кто ведут себя противоположным образом, на подсознательном уровне не желают создавать себе болезненных ситуаций. И если бы они только знали как, то сразу бы устремились к счастью и благополучию.

У всех нас есть право избежать страданий. Здесь мы видим возможность развить совершенно иной вид сострадания – намного более обширное, всеохватывающее, вне наших пристрастий. Биологически обусловленное сострадание не нуждается в специальной тренировке или обучении. А более широкий – безусловный вид сострадания должен прочно основываться на понимании, на тренировке ума, на знании, он требует тонкости ума.

Будучи социальными животными, шесть миллиардов людей на планете как никогда раньше зависят друг от друга. Это стало очевидно с появлением глобальных проблем, таких как потепление климата. Проблемы, с которыми мы столкнулись, требуют совместных решений и сотрудничества, они заставляют отказаться от устаревших понятий о соперничестве небольших автономных сообществ, где были победители и побеждённые. Если мы не сможем объединиться, то побеждёнными окажутся все без исключения. Главное – приложить все наши интеллектуальные усилия для развития беспристрастного сострадания, которое будет не ответом на поведение других по отношению к нам, а будет основано на нашей глубинной природе.

Вот то, что я хотел сказать вам.

Париж, 7 июня 2009 г.
Перевод Надежды Дегтяренко

Пражский замок, Прага, Чехия. 3 июля 2002
Фото: Манюэль Бауэр. His Holiness the 14th Dalai Lama. The Pictorial Portrait Project

Братья и сестры! Для меня огромная честь быть здесь с вами сегодня и выступать перед вами. Я хочу воспользоваться этой возможностью, чтобы выразить свою признательность фонду «Tibet House Trust» за организацию этого вечера. Я хотел бы также выразить благодарность членам тибетской диаспоры за приветственную песню, которая напомнила мне о родной земле, Тибете. Я бы также хотел выразить глубокую признательность Лорду Рис-Моггу за его прекрасную вступительную речь. Он так хвалил меня, что мои ноги уже оторвались от земли. В буквальном смысле — это кресло такое высокое, что мне не дотянуться до пола! Пожалуй, я сниму туфли и сяду в позу лотоса. Так гораздо удобнее.

Мне уже доводилось выступать в этом зале. Я очень отчетливо помню то время, когда здесь со мной был один из моих старых и добрых друзей, покойный Эдвард Карпентер, декан Вестминстерского университета. Я всегда глубоко уважал его и восхищался им. Теперь его больше нет с нами, но я все еще думаю о нем, как думаю и о других старинных друзьях, которых уже нет в живых. Воспоминание о них рождает во мне очень теплое чувство, которое волнует мое сердце, и это чувство останется со мной навсегда.

Это свидетельствует о беге времени. Год за годом, месяц за месяцем, день за днем, час за часом, минута за минутой и даже секунда за секундой — время бежит, не останавливаясь ни на мгновенье. Никакая сила не способна прервать этот бег, это не в нашей власти. Все, что мы можем — проводить время с пользой, конструктивно, или же тратить его впустую, во вред. Этот выбор за нами; решение в наших руках. Поэтому проводите время с пользой: на мой взгляд, это очень важно. Я полагаю, что смысл жизни в поиске счастья. Дурные деяния всегда приносят боль и страдание, а благие деяния — удовольствия и радость.

Некоторых из вас, возможно, привело сюда любопытство, и в этом нет ничего плохого. Другие пришли сюда с какими-то ожиданиями: не ждите многого! Ничего особого я не смогу вам предложить. Порой люди возлагают на меня слишком большие надежды — думают, что я обладаю чудодейственной силой благословения, или видят во мне целителя. Я часто говорю им, что, если бы я и вправду был хорошим целителем, то у меня не было бы прыщей, которые сейчас высыпали на моем теле; я даже сам себя исцелить не в силах! Поэтому я не вижу ничего хорошего в необоснованных ожиданиях и хочу подчеркнуть, что все мы — люди, все мы похожи друг на друга, и во мне нет ничего особенного.

Все человеческие существа по сути своей одинаковы, будь они с Востока, Запада, Юга или Севера, будь они богаты или бедны, того вероисповедания или этого, верующие или неверующие. Поскольку мы — люди, между нами нет большой разницы. С точки зрения эмоциональной, ментальной, физической, мы одинаковы. Если рассмотреть наши тела, то можно найти небольшие различия в форме носа, в цвете волос и так далее, но они невелики; по сути мы одинаковы. И все мы обладаем равным потенциалом, потенциалом изменять свой ум и свое мировоззрение. Вполне возможно, что сегодня вы несчастны, потому что боитесь чего-то, или ревнуете, или злитесь, и все эти эмоциональные реакции лишь добавляют вам страданий. А может быть, вы сегодня счастливы, и вам кажется, что вам не о чем волноваться, однако могут вступить в действие непредвиденные обстоятельства, и тогда положение дел ухудшится. Все мы обладаем этой потенциальной возможностью испытывать как положительные, так и отрицательные переживания. И все обладаем равным потенциалом менять свое мировоззрение.

Очень важно отдавать себе отчет в том, что каждый из нас способен изменить себя к лучшему, стать счастливее. Важно помнить об этом.

Я заметил, что некоторые люди испытывают радостное волнение, думая о наступлении нового тысячелетия. Похоже, они надеются, что новое тысячелетие принесет им новые счастливые дни. На мой взгляд, эти надежды не обоснованы. Если новое тысячелетие не наступит в вашем сердце, то его наступление вовне мало что изменит: те же дни и те же ночи, то же солнце и та же луна… В декабре прошлого года мне довелось посетить с кратким визитом Париж. На Эйфелевой башне начали отсчет дней, оставшихся до окончания нынешнего века. За всем этим угадывался огромный энтузиазм, ожидание наступления нового века. Но я подумал тогда: «Что собственно изменит наступление этого нового столетия?» По-моему, жизнь так и будет идти своим чередом.

Монастырь Туптен Дорджи Дак, Касумпти, Химачал Прадеш, Индия. 16 июня 2002
Фото: Манюэль Бауэр. His Holiness the 14th Dalai Lama. The Pictorial Portrait Project

Я хочу сказать вам, что самое важное — это преобразование ума, обретение нового образа мыслей, нового мировоззрения. Мне кажется, нам нужно приложить усилие, чтобы преобразовать свой внутренний мир. На протяжении веков, на протяжении жизни многих поколений человечество направляло огромные усилия на развитие общества в материальном отношении, опираясь на науки и технологии. На мой взгляд, сегодня мир в целом и, в особенности западные страны, достигли очень высокого уровня жизни. Однако и у этих стран по-прежнему много проблем, прежде всего с преступностью и жестокостью. В Англии, Америке и других странах молодые люди порой стреляют друг в друга безо всякой на то причины. А в области международных отношений страны, которые высоко ценят свободу, демократию и права человека (даже такие как Америка или государства Западной Европы), все еще в значительной степени опираются на применение силы.

На мой взгляд, мы имеем дело с отжившими понятиями. В прошлом государства существовали более или менее независимо, и сообщества людей, даже на уровне одной деревни, были по большей части самодостаточными. В таких условиях войны и военные действия были вполне оправданы: если одна сторона одерживала победу, то другая — терпела поражение. Но сейчас ситуация полностью изменилась. Не только деревни, но и государства и даже континенты оказались в жесткой зависимости друг от друга, в особенности в экономическом отношении. В этих условиях уничтожить соседа все равно, что уничтожить самого себя. Поэтому можно сказать, что прежний образ мышления и политика, которую он влечет за собой, устарели.

Далее встает вопрос о стиле жизни. Каждый год мы неизменно ожидаем экономического роста, и если он затормаживается, то людям кажется, что произошел какой-то сбой. Однако рано или поздно мы достигнем точки, когда дальнейший рост будет уже невозможен. Взгляните на разрыв между богатыми и бедными. У жителей северных стран есть излишки, а жители южных стран, которые ничем не отличаются от северян (и те и другие живут на одной планете), не могут удовлетворить самых базовых нужд, а порой даже голодают. Иногда я думаю, что голод вызван их собственными ошибками; некоторые из этих стран вкладывают все свои богатства в военную технику, вместо того чтобы поддерживать сельское хозяйство и другие отрасли. Голод может оказаться результатом такой политики. Даже в такой богатой стране как Америка существует громадный разрыв между миллиардерами и бедняками. Мои американские друзья недавно сказали мне, что несколько лет назад в их стране было около 15 миллиардеров, сейчас же эта цифра гораздо выше. Число миллиардеров выросло, а бедняки так и остались бедняками, а в некоторых случаях — стали еще беднее.

Этот громадный разрыв меду богатыми и бедными, существующий на глобальном и внутригосударственном уровне, недопустим с нравственной точки зрения, а с практической — является источником множества проблем. Нам нужно решать эти проблемы, нам нужно поднимать уровень жизни южных стран и бедных слоев населения в целом.

Более 15 лет тому назад я посещал один университет в вашей стране и беседовал со специалистом в области окружающей среды и природных ресурсов. Он сказал мне, что, если довести уровень жизни в южных странах до тех стандартов, которые сейчас существуют в северных, то при нынешней численности населения не совсем понятно, хватит ли на это природных ресурсов планеты. Итак, как я говорил выше, устранить разрыв между богатыми и бедными можно, повысив уровень жизни бедных стран и бедных слоев населения в богатых странах, однако рано или поздно это может привести к истощению природных ресурсов. Может показаться, что подобный вывод делает проблему неразрешимой, однако, на мой взгляд, он лишь подталкивает нас к поиску решения.

Другая серьезная проблема — загрязнение окружающей среды. Проводить конференции по этой теме в разных странах очень полезно, но, помимо этого, также необходимо эффективно претворять в жизнь принятые решения. Опять же, на мой взгляд, этот вопрос непосредственно связан с уровнем жизни. В Америке, например, а также здесь, в Лондоне, на дорогах очень много машин, но большинство из них перевозит не более одного человека. Похоже, почти у каждого есть машина, а в некоторых семьях — по два-три автомобиля. А теперь представьте себе Китай с населением свыше двух миллиардов или Индию с населением в 900 миллионов. Если они последуют этой модели, то это будет означать появление около трех миллиардов машин только в этих двух странах. Это чревато большими трудностями.

Гора коршунов, Раджгир, Бихар, Индия. 14 января 2002
Фото: Манюэль Бауэр. His Holiness the 14th Dalai Lama. The Pictorial Portrait Project

Таковы проблемы современности. Порой мне кажется, что не только я один, но миллионы людей видят, насколько критической оказалась сложившаяся ситуация, однако их голоса, как правило, едва различимы. Так что, возможно, я выступаю от имени миллионов людей, которые хранят молчание, или чьи голоса слабы. К сожалению, хотя мы видим нынешнее положение дел, существует разрыв между нашим восприятием сложившейся ситуации и нашим отношением к ней. Ситуация изменилась, а наш образ мыслей по-прежнему остался тем же, и это порождает множество проблем.

Другой момент в том, что те проблемы, с которыми мы сейчас сталкиваемся в Косово, Ирландии или Индонезии, возникли не сегодня; они назревали десятилетиями, а порой и на протяжении нескольких поколений. На начальных этапах, когда было больше возможностей изменить ситуацию и погасить зарождающийся конфликт, люди не обратили на это должного внимания. Они проигнорировали проблему, думая, что, возможно, она не столь серьезна, или что решать ее должны непосредственно вовлеченные люди. А потом, когда конфликт достиг своего апогея, принимать меры было уже слишком поздно. В буддийском учении говорится, что, если причины и условия развиваются беспрепятственно в течение долгого времени, то однажды наступает момент, когда процесс становится необратимым.

Я думаю, многие из наших проблем возникли именно так. На начальных этапах больше шансов свести проблему к минимуму или вовсе на нет и предотвратить кризис; однако на этом этапе мы не торопимся ее решать. Это в равной степени верно и для тибетского вопроса. В 20-х, 30-х, 40-х годах тибетцев мало заботила судьба своей собственной страны. Вот так обычно зарождаются конфликты, а когда наступает настоящий кризис, и ситуация взрывается, то действовать становится слишком поздно.

Самый нежелательный способ решения проблем — это применение силы. Во-первых, насилие непредсказуемо. Хотя вначале вы можете руководствоваться намерением применять силу в ограниченных масштабах, но стоит вам встать на путь насилия, как дальнейший ход событий становятся непредсказуемым. Насилие всегда влечет за собой непредвиденные сложности и ответную жестокость. Похоже, именно мы наблюдаем в Косово. Так что, насилие в целом — ошибочный метод, в особенности в современную эпоху.

Судя по текущим событиям, можно сделать вполне обоснованный вывод, что в наше мировоззрение закрался какой-то изъян. Если мы сумеем воспитать в себе правильный взгляд на вещи, то тем самым сможем свести к минимуму некоторые проблемы, а другие — полностью исключить. Многие из наших проблем порождены самим человеком, это наше собственное творение, поэтому, если человечество будет применять правильные методы, руководствуясь дальновидностью и более целостным подходом, то, я думаю, ситуация могла бы быстро измениться к лучшему.

Взяв за основу переживания, выпавшие на нашу долю в нынешнем столетии, а также те уроки, которые нам удалось извлечь, мы должны пересмотреть свои взгляды и приложить усилия, дабы изменить положение дел к лучшему. Тогда, возможно, следующее столетие будет более счастливым, более мирным и благоприятным. В этом я твердо убежден. По меньшей мере, в сравнении с первой половиной нынешнего столетия в нашем мировоззрении произошли позитивные перемены. Налицо признаки того, что мы учимся смотреть на вещи с более широкой перспективы. Можно сказать, что человечество становится более зрелым. Поэтому, если мы продолжим без устали двигаться в этом направлении, преимущественно через образование, то следующее тысячелетие может оказаться более мирным. Однако, чтобы это произошло, нам нужно тщательно готовиться. Если мы хорошенько подготовимся, то тогда можно будет с нетерпением ждать нового тысячелетия, но пока мы не изменимся внутренне, любые надежды на то, что новый год принесет собой перемены к лучшему, окажутся необоснованными.

Будущее человечества зависит от 0нынешнего поколения, поэтому каждый из нас обязан думать о будущем. В этом контексте я всегда говорю своим слушателям, что будущее человечества в значительной степени зависит от нашего образа мыслей и поведения.

Выше я упоминал о важности образования. Современное образование — это прекрасно, но, похоже, в его основе лежит всеобщее признание важности развития мозга, то есть интеллектуальное развитие. Развитию личности в целом — воспитанию доброго, сердечного человека, уделяется недостаточно внимания. Для этой цели тысячу лет назад в Европе был создан отдельный институт. В то время за нравственное развитие личности, воспитание человечности и теплоты отвечала церковь, а также семья. Таким образом, образование в те годы было вполне сбалансированным. Но с течением времени церковь утратила свои позиции, а семейная жизнь стала нестабильной и проблематичной, и в последние годы этому важному аспекту воспитания детей перестали уделять внимание. Похоже, в наши дни уже не осталось института, чьей обязанностью была бы забота о человеческом сердце.

Совершенно ясно, что образование, знание, подобны инструменту, и то, как он будет использован — во благо или во вред, зависит от мотивации каждого человека. Система образования, которая делает упор на развитии одного только интеллекта, может порой повлечь за собой большие проблемы. А если говорить об отдельном человеке, то изобилие умных мыслей и чрезмерно развитое воображение может порой привести к нервному срыву.

Когда Далай-лама встречается в западных странах с с буддистами из Монголии, то его
охрана всегда начеку. Монгольские буддисты стремятся к физическому контакту со своим
духовным лидером, и охране приходится следить, чтобы его и вовсе на стащили со сцены!
Вашинтон, 11 сентября 2003
Фото: Манюэль Бауэр. His Holiness the 14th Dalai Lama. The Pictorial Portrait Project

Если у ребенка, получившего хорошее образование и развитого интеллектуально, добросердечные и ответственные родители, проявляющие заботу о нем и понимающие важность дисциплины, то эти слагаемые могут привести к очень хорошему результату. Я надеюсь, что в будущем система образования будет уделять больше внимания развитию человечности, теплоты и любви. На мой взгляд, это необходимо. С детского сада и до университета очень важно ставить перед подрастающим поколением вопросы нравственного характера, касающиеся человеческой жизни в целом, роли отдельной личности в обществе и в семье. Без этого у вас не получится стать счастливым, создать счастливую семью, построить счастливое общество. Родители также играют в этом процессе особую роль. Я надеюсь, что в будущем будет меньше разводов, в особенности, если у семейной пары есть дети. Потому что детям, на мой взгляд, крайне необходима прочная и счастливая семья, где родители на собственном примере учат их ценности любви, доброты и теплоты.

В добавление к этому хочу заметить, что считаю весьма полезным прививать детям представление о том, что лучшим и наиболее практичным решением любой конфликтной ситуации, с которой они могут столкнуться, будет диалог, а не насилие. Насилие подразумевает победу одной стороны и поражение другой, но в современном мире, как я уже упоминал, подобный подход уже утратил свою актуальность. Если бы интересы сторон были четко очерчены, и мои интересы существовали независимо от ваших, то подход победа/поражение мог бы сработать. Но сегодня интересы всех людей так тесно переплетены, что такой подход перестал приносить результаты. Поэтому единственно правильным решением будет компромисс: 50 на 50, или хотя бы 60 на 40! И поскольку 100-процентная победа одной стороны более невозможна, жизненно необходим диалог. Чтобы решить проблему, нужно заглянуть в сердце своему оппоненту и понять, что он преследует собственные интересы точно так же, как и вы. Это прозрение поможет вам найти решение. На мой взгляд, идею диалога имеет смысл прививать детям с младших классов средней школы и одновременно учить школьников вести диспуты на различные темы. Так, они будут овладевать диспутом, и концепция ведения диалога постепенно закрепится в их умах. Диалог — это эффективный метод, приносящий реальные результаты.

В человеческом обществе всегда будут существовать конфликты и разногласия. Даже на уровне одной личности, утром мы можем быть полностью убеждены в одном, а после обеда — совсем в другом, и эти два убеждения вполне могут оказаться в противоборстве друг с другом. Порой это представляет чрезвычайные трудности; обострение внутреннего конфликта может привести человека к самоубийству. Поэтому, когда в вас присутствуют две конфликтующие идеи, разумно будет хорошенько обдумать оба положения и, объединив их, выработать некий третий вариант, который позволит вам преодолеть противоречия и конфликты. Противоборствующие силы присутствуют в каждом. Но если нам удастся примирить их и достичь равновесия, то можно считать, что мы добились прогресса. Кроме того, если мы сумеем трезво оценить противоборствующие точки зрения и выйдем за пределы противоречий, то придем к новым идеям. В этом смысле в противоречиях как таковых нет ничего дурного. В действительности, противоборствующие идеи могут служить основой для дальнейшего развития. Лишь когда противоречия вырываются из-под контроля, и их проявление приобретает насильственный характер, они превращаются в разрушительную силу.

Юридический факультет, Университет, Любляна, Словения. 5 июля 2002
Фото: Манюэль Бауэр. His Holiness the 14th Dalai Lama. The Pictorial Portrait Project

Если ученик выработает в себе привычку вести диалог, то, оказавшись в конфликтной ситуации, он сразу же попробует разрешить ее с помощью диалога, вместо того чтобы прибегать к насилию и вражде. Иногда я упоминаю в своих выступлениях, что, пройдя подобный курс обучения, ученик, вернувшись домой и застав своих родителей за громким выяснением отношений, сумеет убедить их в том, что ссора — это не метод. Думаю, подобное воспитание приведет к тому, что в один прекрасный день все мы поймем, что люди — это социальные животные и что наши собственные интересы напрямую связаны с интересами общества; поэтому каждый из нас должен стараться быть добросердечным, чутким человеком и достойным гражданином своей страны. Это будет способствовать миру в душе, в семье и в обществе. Какие бы разногласия ни возникли между нами, мы сможем мирно и дружелюбно обсудить их и рассказать друг другу о том, что беспокоит каждого из нас.

Воспитание такого добросердечного отношения к людям напрямую связано с общечеловеческими ценностями. Среди них — забота о ближнем, чувство ответственности и умение прощать. Мы можем назвать их основополагающими духовными ценностями. Наше личное дело — следовать какой-либо религии или нет. Но вне зависимости от того, придерживаемся мы религиозной веры или нет, мы все равно остаемся людьми, членами человеческого сообщества, а значит без человеческих достоинств нам не обрести счастья. Между тем, в обретении счастья состоит цель нашей жизни, и потому неразумно пренебрегать теми вещами, которые способны сделать нас счастливыми.

Можно отнести эти основополагающие человеческие ценности к «секулярной этике», поскольку они не зависят от религиозной веры. Использование нами слова «секулярный» вовсе не означает, что мы отвергаем религию. Мы лишь хотим подчеркнуть, что религиозная вера — это личное дело каждого.

Думаю, мы действительно должны приложить больше усилий для пропаганды этих общечеловеческих ценностей. Есть веское основание развивать эти качества, ведь, на мой взгляд, по своей природе человек — существо мягкое. Конечно, на этот счет могут быть разные мнения; кто-то может сказать, что по своей природе человек агрессивен. Но если проследить всю нашу жизнь целиком, от рождения и до смерти, то можно прийти к выводу, что агрессивность проявляется в нас лишь время от времени. На протяжении всей своей жизни мы гораздо чаще проявляем любовь и нежность.

Наше физическое сложение таково, что даже клетки нашего тела работают лучше, когда ум пребывает в покое. Излишняя обеспокоенность ума влечет за собой дисбаланс в нашем организме. Если покой ума так важен для нашего здоровья, то из этого следует, что сама структура тела подразумевает пребывание в умиротворенном состоянии. Следовательно, человеческой природе ближе мягкость и нежность. Даже наше тело больше приспособлено к объятиям, нежели к дракам. Взгляните на наши руки: если бы они были предназначены для нанесения ударов, то были бы твердыми, как копыта. По данным медицинской науки, первые несколько недель после нашего рождения играют ключевую роль в нашем развитии, потому что в это время стремительно развивается мозг, и в этот период физический контакт (с матерью или другим человеком) оказывается одним из самых важных факторов для здорового развития мозга. Это свидетельствует о том, что даже для развития нашего тела необходима любовь других людей. Наши ответные реакции говорят о том, что мы нуждаемся в любви.

Если же рассмотреть наш ум, то мы увидим, что чем больше в нас сострадания, тем более умиротворенным будет наш ум. Когда мы думаем о других, наше сознание становится более обширным и открытым, а наши личные проблемы уже не кажутся нам такими уж значимыми. Если же все время думать: «я, я, я», то область сосредоточения нашего ума становится очень узкой, и даже крошечные проблемы будут казаться громадными.

Когда вы думаете о благополучии других и разделяете их страдания, то в этот момент можно почувствовать определенное беспокойство и даже страдание, но это будут страдания, которые вы возьмете на себя добровольно. Если вы хотите устранить страдания других существ, то обнаружите в глубине своего сердца источник мужества, уверенности и внутренней силы. Если же страдание не принято вами добровольно, но вызвано обрушившимися на вас проблемами, то такое страдание захватывает целиком все ваше существо. Так что, между этими двумя переживаниями существует большая разница.

Исходя из своего собственного небольшого опыта, могу сказать, что чем больше я медитирую о сострадании и думаю о бесконечном множестве живых существ, претерпевающих страдания, тем больше переполняет меня ощущение огромной внутренней силы. Трудности, с которыми я сталкиваюсь время от времени, перестают играть для меня такую уж большую роль. Чем больше в нас внутренней силы и уверенности в себе, тем меньше страхов и сомнений. Это автоматически делает нас более открытыми. Нам становится легче общаться со своими братьями и сестрами в разных странах, ведь, если вы открыты, другие ответят нам тем же. Если же мы полны страха, ненависти и сомнений, то дверь в наше сердце закрыта, и мы к каждому относимся с подозрением. Мне кажется, это хуже всего — испытывать подозрения и сомнения; вам начинает казаться, что и другие испытывают схожие подозрения и сомнения на ваш счет, и в результате вы становитесь все более и более замкнутыми. Это ведет к одиночеству и разочарованию.

Вот почему я считаю, что сострадание и забота о других — вещи поистине удивительные. Проблема в том, что люди, как правило, считают сострадание, любовь и умение прощать вопросами религиозного порядка, и те, кто не питает особого интереса к религии, склонны пренебрегать этими ценностями. На мой взгляд, это неправильно. Мы должны уделять больше внимания этим ценностям. Так мы сумеем подготовиться к следующему тысячелетию.

Далай-лама встречается с монсеньёром Джосипом Бозаником, архиепископом загребским
и президентом Хорватской конференции епископов, для обсуждения возможного
сотрудничества. В знак приветсвия Далай-лама вручает архиепископу традиционный
тибетский белый шарф, хадак. Хорватия, Загреб, 8 июля 2002
Фото: Манюэль Бауэр. His Holiness the 14th Dalai Lama. The Pictorial Portrait Project

Вторая значимая для меня тема — чрезвычайная важность гармонии и взаимопонимания в отношениях между разными религиями. Религиозная вера присуща исключительно людям, среди животных вы не найдете такого явления как религиозная вера. Вера может быть полезна, если использовать ее должным образом. В противном случае она может привести к катастрофе, ведь религиозная вера связана с человеческими эмоциями, а эмоции порой могут сбить человека с пути. Тогда не остается места для здравомыслия, и мы превращаемся в фанатиков или фундаменталистов. Вот почему необходимо прилагать больше усилий, дабы донести до людей, что все основные мировые религии помогают людям развивать заложенный в них потенциал, стать лучше, служить человечеству, защищать планету. Такие усилия будут также способствовать сокращению числа конфликтов, возникающих на религиозной почве.

На протяжении нескольких лет я применял различные методы для достижения этой цели, и некоторые духовные братья и сестры из других вероисповеданий теперь поддерживают эти мои начинания.

Первый метод: проведение встреч ученых-философов разных традиций для обсуждения различия и сходства между ними преимущественно на уровне академических знаний.

Второй метод: проведение встреч серьезных практиков различных религиозных течений, где бы они могли обсудить полученные ими внутренние переживания. Это весьма действенный метод и чрезвычайно полезный для понимания ценности других религиозных традиций, помимо собственной. Если говорить обо мне лично, то я встречался с Томасом Мертоном и другими серьезными духовными практиками, и встречи с этими людьми по-настоящему открыли мне глаза на ценность других традиций. Этот метод очень полезен для развития взаимопонимания и уважения друг к другу.

Третий метод: межрелигиозное паломничество, в рамках которого группа, состоящая из представителей различных религиозных течений, совместно посещает святые места разных традиций. Если это возможно, они проводят совместные молебны, если нет — безмолвные медитации. Паломничества подобного рода дают возможность получить очень ценный и глубокий духовный опыт.

Как-то мне довелось посетить Лурд на юге Франции. Я отправился туда не как турист, но как паломник. Я пил святую воду, стоял возле статуи Девы Марии и думал, что в этом месте миллионы людей, ищущих благословения и покоя, находили умиротворение. Я созерцал статую Девы Марии, и во мне родилось чувство восхищения и преклонения перед христианской верой попросту от того, что она приносит такую огромную пользу миллионам людей. Возможно, у христианства иная, нежели у буддизма, философия, но это совсем другой вопрос. Ценность этой религии с практической точки зрения и та польза, которую она приносит людям, достаточно очевидны.

Я пришел к выводу, что добиться глубоких переживаний, проникнувшись атмосферой святых мест других религиозных традиций, очень полезно. Целый ряд христиан уже откликнулись на это мое предложение, и в прошлом году некоторые из моих христианских братьев и сестер прибыли в Бодхгаю, чтобы провести там несколько дней. Состоялся диалог между буддистами и христианами, и каждое утро мы все садились вместе под деревом Бодхи и медитировали. На мой взгляд, это был поистине исторический момент. Со времен приходы Будды (2500 лет назад) и Иисуса Христа (2000 лет назад) это была первая подобная встреча.

Когда Далай-лама отправляется в паломничество в Бодхгаю, в место, где Будда достиг
Просветления, он всегда посещает местную мусульманскую общину. Их мечеть расположена
рядом с буддийской ступой, и два вероисповедания живут в мире.
Мечеть Мадраса Зея-Олоомул, Бодхгая, Индия. 16 января 2003
Фото: Манюэль Бауэр. His Holiness the 14th Dalai Lama. The Pictorial Portrait Project

Четвертый метод: проведение встреч, подобных тем, что прошла в Ассизе, в Италии, в середине восьмидесятых. Духовные лидеры различных вероисповеданий собрались вместе, читали молитвы на одной сцене, обменивались мнениями на заданную тему (в Ассизе такой темой была охрана окружающей среды). Событие подобного рода может быть очень значимым для миллионов последователей каждой из представленных религий, когда они видят, как их лидеры принимают участие в дружественном обмене мнениями и, наравне с представителями других конфессий, несут послание мира.

Таковы четыре метода, которых я предлагаю придерживаться, чтобы укрепить гармонию в отношениях между религиями.

Есть еще одна тема, которую я хотел бы затронуть сегодня вечером. Мы говорили о необходимости заботиться о других, помогать другим в преодолении трудностей и пытаться свети к минимуму ненависть. Мы не должны оставлять места ненависти будь то в нашей душе, в семье, в обществе и даже в мире в целом, ведь ненависть способна полностью уничтожить мир и счастье. Нам необходимо то, что я назваю внутренним разоружением. Если мы прибегнем к внутреннему разоружению и осознаем последствия войн, то сама концепция военных действий и разрушений покажется нам устаревшей.

Вот почему нужно всерьез задуматься о том, как добиться сокращения вооружений. Сперва мы должны разобраться с ядерным оружием и, по счастью, уже существуют программы по уничтожению ядерных боеголовок, и это прекрасное начало. Целью таких программ должно стать не просто сокращение числа боеголовок, но, что гораздо важнее, полное устранение ядерного оружия, а потому потребуется еще много усилий. Затем, шаг за шагом, мир должен постепенно освободиться от военной системы, и стать миром без оружия. Именно такой, на мой взгляд, должна быть наша долгосрочная цель. Я не утверждаю, что мы должны разоружиться в одночасье; в некоторых случаях на это могут уйти усилия многих поколений. Но, мне кажется, имеет смысл держать в уме такой план.

Разумеется, всегда найдутся непорядочное люди, и, чтобы противостоять им, потребуется создание неких международных сил. Что-то подобное уже существует — международные миротворческие силы ООН. Поначалу понадобится создание ограниченного военного контингента на региональной основе, который будет состоять из качественных и эффективных сил быстрого развертывания, чья деятельность будет находиться под контролем всех остальных государств-членов. В случае возникновения конфликта, эти силы будут принимать контрмеры. Однако ни у одного из государств не будет своих собственных независимых вооруженных сил. В качестве примера можно привести Коста-Рику, которая уже свыше 50 лет является демилитаризованным государством.

Таким образом, на мой взгляд, внутреннее разоружение и внешнее разоружение связаны между собой.

Первым преимуществом, которое повлечет за собой разоружение, будет громадная экономия денежных средств. Каждая бомба, каждая крылатая ракета стоят уйму денег и, если конфликт продолжается несколько недель или месяцев, то требуются большие капиталовложения. Вместо того чтобы тратить наши деньги, направляя их на разрушительные цели, мы должны использовать их более конструктивно. Только представьте, как полезно было бы направить эти средства на строительство больниц и школ в бедных странах.

Помимо экономии денежных средств, нам бы также удалось до некоторой степени предотвратить загрязнение окружающей среды. Порой я говорю в шутку, что те заводы, которые производят танки, могли бы быть с легкостью преобразованы под выпуск бульдозеров. А ученые, которые задействованы в военной сфере и до сего дня направляли свои знания и выдающиеся умственные способности на разработку различных способов уничтожения, могли бы посвятить себя более созидательному труду. И если они пойдут на такой шаг, им вполне можно будет удвоить зарплату!

Стоит поразмышлять на эти темы, если мы беспокоимся о благополучии и счастье будущих поколений. Так что, нужно поменьше радоваться наступлению нового тысячелетия и побольше заглядывать внутрь себя, уделяя внимание собственной подготовке к этому новому тысячелетию. Учитывая мой возраст, я, пожалуй, отношусь к уходящему столетию. В конце концов мне придется сказать: «До свидания», а определять курс в новом столетии будет молодое поколение. Поэтому вы, молодые люди, должны посвятить себя глубоким размышлениям, без эмоций и без привязанности, проявляя дальновидность и удерживая широкую перспективу. Это очень и очень важно.

На этом я хотел бы завершить нашу беседу. Если вы считаете, что некоторые упомянутые мной моменты заслуживают дальнейшего осмысления, то, пожалуйста, размышляйте о них. Если же какие-то из моих идей покажутся вам неуместными, или попросту бессмыслицей, то забудьте о них, покидая зал! Большое спасибо.

Перевод Юлии Жиронкиной

Фотографии: Манюэль Бауэр
His Holiness the 14th Dalai Lama
The Pictorial Portrait Project]]> Выступления и тексты, Общество Lotos Sat, 22 Aug 2009 22:03:00 +0400 [/shortrss] [fullrss] Этика для нового тысячелетия https://dalailama.ru/messages/102-dalai-lama.html https://dalailama.ru/messages/102-dalai-lama.html Публичная лекция Его Святейшества Далай-ламы в Лондонском королевском Альберт-холле 10 мая 1999.

Вступительная речь Лорда Рис-Могга, редактора «The Times»

Ваше Святейшество, дамы и господа! Это огромная честь для меня предварять выступление Его Святейшества Далай-ламы, и я испытываю большое волнение. Ваше Святейшество, в Великобритании вас считают исполненным вдохновения духовным учителем и в значительной степени другом, и сегодня вечером вы окружены друзьями и почитателями. Ваша жизнь — величайший пример жизни, отданной духовному учению в нашу эпоху. Как и жизни других великих учителей нашего времени, например, Махатмы Ганди, жизнь Его Святейшества Далай-ламы не только посвящена духовности, но и вплетена в исторический процесс и тесно связана со страданиями его народа. И именно это в Великобритании вызывает глубочайшее почтение, глубочайшее сочувствие, глубочайшее восхищение.

Мы усматриваем в вашей жизни и жизни вашего народа редчайшее сочетание мужества и сострадания, которое почти невозможно встретить в современном мире. Вы строите мосты — между разными странами, между разными религиями, и это, на мой взгляд, один из признаков того, что своем учении вы соединяете верность собственной религиозной традиции и глубокое понимание и любовь к другим религиозным традициям мира.

Мир сейчас проходит очень трудный период, период, когда мы снова оказываемся перед угрозой войн и потрясений. Всем нам известно о тяжелой судьбе народа Тибета, о страданиях, которые испытывают жители Югославии и, в особенности, Косово. В своей последней книге вы выдвигаете идеи, которые уже озвучивали прежде, о необходимости создания на планете зон мира в тех точках, где свирепствуют конфликты, а люди оказываются в опасности. Мы приветствуем вас сегодня прежде всего как сторонника идеи о том, что лишь мирное решение мировых проблем является верным. Мы ясно видим, что ваши духовные и нравственные учения несут на себе явные признаки истины; четыре из них — смирение, человечность, терпение и сострадание. С глубокой благодарностью мы приветствуем вас сегодня как провозвестника мира и духовного учителя.

Его Святейшество Далай-лама

Пражский замок, Прага, Чехия. 3 июля 2002
Фото: Манюэль Бауэр. His Holiness the 14th Dalai Lama. The Pictorial Portrait Project

Гора коршунов, Раджгир, Бихар, Индия. 14 января 2002
Фото: Манюэль Бауэр. His Holiness the 14th Dalai Lama. The Pictorial Portrait Project

Четвертый метод: проведение встреч, подобных тем, что прошла в Ассизе, в Италии, в середине восьмидесятых. Духовные лидеры различных вероисповеданий собрались вместе, читали молитвы на одной сцене, обменивались мнениями на заданную тему (в Ассизе такой темой была охрана окружающей среды). Событие подобного рода может быть очень значимым для миллионов последователей каждой из представленных религий, когда они видят, как их лидеры принимают участие в дружественном обмене мнениями и, наравне с представителями других конфессий, несут послание мира.

Таковы четыре метода, которых я предлагаю придерживаться, чтобы укрепить гармонию в отношениях между религиями.

Есть еще одна тема, которую я хотел бы затронуть сегодня вечером. Мы говорили о необходимости заботиться о других, помогать другим в преодолении трудностей и пытаться свети к минимуму ненависть. Мы не должны оставлять места ненависти будь то в нашей душе, в семье, в обществе и даже в мире в целом, ведь ненависть способна полностью уничтожить мир и счастье. Нам необходимо то, что я назваю внутренним разоружением. Если мы прибегнем к внутреннему разоружению и осознаем последствия войн, то сама концепция военных действий и разрушений покажется нам устаревшей.

Вот почему нужно всерьез задуматься о том, как добиться сокращения вооружений. Сперва мы должны разобраться с ядерным оружием и, по счастью, уже существуют программы по уничтожению ядерных боеголовок, и это прекрасное начало. Целью таких программ должно стать не просто сокращение числа боеголовок, но, что гораздо важнее, полное устранение ядерного оружия, а потому потребуется еще много усилий. Затем, шаг за шагом, мир должен постепенно освободиться от военной системы, и стать миром без оружия. Именно такой, на мой взгляд, должна быть наша долгосрочная цель. Я не утверждаю, что мы должны разоружиться в одночасье; в некоторых случаях на это могут уйти усилия многих поколений. Но, мне кажется, имеет смысл держать в уме такой план.

Разумеется, всегда найдутся непорядочное люди, и, чтобы противостоять им, потребуется создание неких международных сил. Что-то подобное уже существует — международные миротворческие силы ООН. Поначалу понадобится создание ограниченного военного контингента на региональной основе, который будет состоять из качественных и эффективных сил быстрого развертывания, чья деятельность будет находиться под контролем всех остальных государств-членов. В случае возникновения конфликта, эти силы будут принимать контрмеры. Однако ни у одного из государств не будет своих собственных независимых вооруженных сил. В качестве примера можно привести Коста-Рику, которая уже свыше 50 лет является демилитаризованным государством.

Таким образом, на мой взгляд, внутреннее разоружение и внешнее разоружение связаны между собой.

Первым преимуществом, которое повлечет за собой разоружение, будет громадная экономия денежных средств. Каждая бомба, каждая крылатая ракета стоят уйму денег и, если конфликт продолжается несколько недель или месяцев, то требуются большие капиталовложения. Вместо того чтобы тратить наши деньги, направляя их на разрушительные цели, мы должны использовать их более конструктивно. Только представьте, как полезно было бы направить эти средства на строительство больниц и школ в бедных странах.

Помимо экономии денежных средств, нам бы также удалось до некоторой степени предотвратить загрязнение окружающей среды. Порой я говорю в шутку, что те заводы, которые производят танки, могли бы быть с легкостью преобразованы под выпуск бульдозеров. А ученые, которые задействованы в военной сфере и до сего дня направляли свои знания и выдающиеся умственные способности на разработку различных способов уничтожения, могли бы посвятить себя более созидательному труду. И если они пойдут на такой шаг, им вполне можно будет удвоить зарплату!

Стоит поразмышлять на эти темы, если мы беспокоимся о благополучии и счастье будущих поколений. Так что, нужно поменьше радоваться наступлению нового тысячелетия и побольше заглядывать внутрь себя, уделяя внимание собственной подготовке к этому новому тысячелетию. Учитывая мой возраст, я, пожалуй, отношусь к уходящему столетию. В конце концов мне придется сказать: «До свидания», а определять курс в новом столетии будет молодое поколение. Поэтому вы, молодые люди, должны посвятить себя глубоким размышлениям, без эмоций и без привязанности, проявляя дальновидность и удерживая широкую перспективу. Это очень и очень важно.

На этом я хотел бы завершить нашу беседу. Если вы считаете, что некоторые упомянутые мной моменты заслуживают дальнейшего осмысления, то, пожалуйста, размышляйте о них. Если же какие-то из моих идей покажутся вам неуместными, или попросту бессмыслицей, то забудьте о них, покидая зал! Большое спасибо.

Перевод Юлии Жиронкиной

Фотографии: Манюэль Бауэр
His Holiness the 14th Dalai Lama
The Pictorial Portrait Project]]> Lotos Sat, 22 Aug 2009 22:03:00 +0400 [/fullrss] [yandexrss] Этика для нового тысячелетия https://dalailama.ru/messages/102-dalai-lama.html Мне уже доводилось выступать в этом зале. Я очень отчетливо помню то время, когда здесь со мной был один из моих старых и добрых друзей, покойный Эдвард Карпентер, декан Вестминстерского университета. Я всегда глубоко уважал его и восхищался им. Выступления и тексты, Общество Sat, 22 Aug 2009 22:03:00 +0400

Публичная лекция Его Святейшества Далай-ламы в Лондонском королевском Альберт-холле 10 мая 1999.

Вступительная речь Лорда Рис-Могга, редактора «The Times»

Ваше Святейшество, дамы и господа! Это огромная честь для меня предварять выступление Его Святейшества Далай-ламы, и я испытываю большое волнение. Ваше Святейшество, в Великобритании вас считают исполненным вдохновения духовным учителем и в значительной степени другом, и сегодня вечером вы окружены друзьями и почитателями. Ваша жизнь — величайший пример жизни, отданной духовному учению в нашу эпоху. Как и жизни других великих учителей нашего времени, например, Махатмы Ганди, жизнь Его Святейшества Далай-ламы не только посвящена духовности, но и вплетена в исторический процесс и тесно связана со страданиями его народа. И именно это в Великобритании вызывает глубочайшее почтение, глубочайшее сочувствие, глубочайшее восхищение.

Мы усматриваем в вашей жизни и жизни вашего народа редчайшее сочетание мужества и сострадания, которое почти невозможно встретить в современном мире. Вы строите мосты — между разными странами, между разными религиями, и это, на мой взгляд, один из признаков того, что своем учении вы соединяете верность собственной религиозной традиции и глубокое понимание и любовь к другим религиозным традициям мира.

Мир сейчас проходит очень трудный период, период, когда мы снова оказываемся перед угрозой войн и потрясений. Всем нам известно о тяжелой судьбе народа Тибета, о страданиях, которые испытывают жители Югославии и, в особенности, Косово. В своей последней книге вы выдвигаете идеи, которые уже озвучивали прежде, о необходимости создания на планете зон мира в тех точках, где свирепствуют конфликты, а люди оказываются в опасности. Мы приветствуем вас сегодня прежде всего как сторонника идеи о том, что лишь мирное решение мировых проблем является верным. Мы ясно видим, что ваши духовные и нравственные учения несут на себе явные признаки истины; четыре из них — смирение, человечность, терпение и сострадание. С глубокой благодарностью мы приветствуем вас сегодня как провозвестника мира и духовного учителя.

Его Святейшество Далай-лама

Пражский замок, Прага, Чехия. 3 июля 2002
Фото: Манюэль Бауэр. His Holiness the 14th Dalai Lama. The Pictorial Portrait Project

Гора коршунов, Раджгир, Бихар, Индия. 14 января 2002
Фото: Манюэль Бауэр. His Holiness the 14th Dalai Lama. The Pictorial Portrait Project

Публичная лекция Его Святейшества Далай-ламы в Лондонском королевском Альберт-холле 10 мая 1999.

Вступительная речь Лорда Рис-Могга, редактора «The Times»

Ваше Святейшество, дамы и господа! Это огромная честь для меня предварять выступление Его Святейшества Далай-ламы, и я испытываю большое волнение. Ваше Святейшество, в Великобритании вас считают исполненным вдохновения духовным учителем и в значительной степени другом, и сегодня вечером вы окружены друзьями и почитателями. Ваша жизнь — величайший пример жизни, отданной духовному учению в нашу эпоху. Как и жизни других великих учителей нашего времени, например, Махатмы Ганди, жизнь Его Святейшества Далай-ламы не только посвящена духовности, но и вплетена в исторический процесс и тесно связана со страданиями его народа. И именно это в Великобритании вызывает глубочайшее почтение, глубочайшее сочувствие, глубочайшее восхищение.

Мы усматриваем в вашей жизни и жизни вашего народа редчайшее сочетание мужества и сострадания, которое почти невозможно встретить в современном мире. Вы строите мосты — между разными странами, между разными религиями, и это, на мой взгляд, один из признаков того, что своем учении вы соединяете верность собственной религиозной традиции и глубокое понимание и любовь к другим религиозным традициям мира.

Мир сейчас проходит очень трудный период, период, когда мы снова оказываемся перед угрозой войн и потрясений. Всем нам известно о тяжелой судьбе народа Тибета, о страданиях, которые испытывают жители Югославии и, в особенности, Косово. В своей последней книге вы выдвигаете идеи, которые уже озвучивали прежде, о необходимости создания на планете зон мира в тех точках, где свирепствуют конфликты, а люди оказываются в опасности. Мы приветствуем вас сегодня прежде всего как сторонника идеи о том, что лишь мирное решение мировых проблем является верным. Мы ясно видим, что ваши духовные и нравственные учения несут на себе явные признаки истины; четыре из них — смирение, человечность, терпение и сострадание. С глубокой благодарностью мы приветствуем вас сегодня как провозвестника мира и духовного учителя.

Его Святейшество Далай-лама

Пражский замок, Прага, Чехия. 3 июля 2002
Фото: Манюэль Бауэр. His Holiness the 14th Dalai Lama. The Pictorial Portrait Project

Гора коршунов, Раджгир, Бихар, Индия. 14 января 2002
Фото: Манюэль Бауэр. His Holiness the 14th Dalai Lama. The Pictorial Portrait Project